Статья

Интервью с Анитой Мейсон.

Интервью с Анитой Мейсон.

image001

Джулия: В своем Посвящении вы упоминаете "невыразимые трудности", связанные с написанием этого романа. Не могли бы вы о них рассказать, а также о том, как вы с ними справились?

Анита Мейсон: Основная трудность была с характером моего героя Джеронимо, излагающего от первого лица, который, как я думала, поможет решить многие проблемы, но в действительности он только создавал новые на каждой странице. Он сложная личность, наполовину испанец, наполовину майя, его симпатии и мнения часто изменяются, и было очень трудно создать связное повествование с такой точки зрения. Другая проблема была с местной религией, космическими верованиями и структурой времени: они крайне запутанны и чужды западному типу мышления, и мне нужно было не только разобраться в них, но и размышлять о том, что они значат в терминах моего повествования (например, мне не хотелось размениваться по пустякам на историю о том, что в Мешико считали Кортеса возвращающимся богом Кетцалькоатлем, хотя пришлось иметь дело и с этой историей). Все это заняло очень много времени. Я не знаю другого способа справляться с такими трудностями, кроме как прорубаться сквозь, пока наконец они не будут преодолены.

Д.: Почему вы обратились к теме конкистадоров и их жертв?

А,М.: Я увлеклась империей ацтеков и инков в детстве: меня привлекли экзотичность, загадочность, притягательность. Тема вернулась ко мне спустя многие годы, когда я закончила роман о женщине-авиаторе нацистской Германии. После этого завоевание Мексики казалось мне вполне подходящей переменой. Так что я начала читать об этом, и это меня не отпускало. Я была жутко увлечена судьбой местных жителей после завоевания. И чем больше я читала, тем более загадочным мне казалось случившееся, это было нечто, что я никак не могла ухватить, и это побудило меня писать.

Д.: Ваши персонажи представляют собой смесь исторических личностей и воображаемых. Было трудно совместить два типа персонажей?

А.М.: Нет, поскольку необходимо воссоздать в уме исторического персонажа, чтобы использовать его в вымысле; иными словами, необходимо превратить исторического персонажа в вымышленного. Так что они легко смешались с полностью вымышленными персонажами.

Д.: Рассказывая о путешествиях и битвах Кортеса, вы строго следовали фактам, насколько они известны, или позволяли себе художественные вольности?

А.М.: Ну, с одной стороны есть различные сведения об этих путешествиях и битвах из первых рук, и, что удивительно, они противоречат друг другу, и это делает работу писателя легче, поскольку ты можешь просто выбрать ту версию, которая соответствует твоим задачам. Однако я позволяла себе некоторые вольности. Например, было бы очень утомительно описывать кропотливый процесс изоляции Мешико Кортесом дипломатическими и военными средствами – сражения и заключения альянсов вокруг долины, прежде чем он начал осаду Теночтитлана. Он потратил почти столько же времени на тщательную подготовку осады, которая заняла в книге меньше 50 страниц, сколько на первое путешествие в город, отступление и саму осаду, которой я посвятила 210 страниц. Так что в некотором смысле я исказила его кампанию; но это роман, а не история, и он должен быть выполнен как роман. Еще я слегка подвинула дату возвращения Франсиско де Монтехо в последней части, поскольку я хотела сослаться на завоевание Юкатана.

Д.: Вы бывали в Южной Америке, работая над книгой? Как это повлияло на вас?

А.М.: Я выезжала в Мексику дважды, чтобы посмотреть важные места Конкисты и посетить музеи. Это было очень ценный опыт, и я влюбилась в эту страну. После этого я несколько раз в нее возвращалась. Мой первый визит имел неожиданный результат – как раз тогда, когда я там была, началось восстание сапатистов, и я написала об этом небольшой рассказ, отложив Конкисту на некоторое время.

Д.: В процессе исследований и написания романа у вас было искушение "принять сторону"?

А.М.: С самого начала я собиралась рассказать об обеих сторонах изнутри. Мои личные симпатии целиком было на стороне завоеванных, а не завоевателей, и я думаю, что эти симпатии пришли в процессе написания. Я думаю, Конкиста была ужасающим преступлением. Но как писатель я обнаружила, что испанская сторона истории также очень интересна, со всеми ее маневрами и политикой, жаждой золота и опасностями; а личность Кортеса была завораживающе сложной. В любом случае, когда вы излагаете чью-то точку зрения, вы должны проникнуться ею, прочувствовать ее.

Д.: Это был первая ваша книга, которую я прочитала, и теперь я жажду прочитать остальные! Как, по-вашему, есть в этой книге некие общие темы, связывающие ее с остальными или это полностью новая точка отсчета?

А.М.: В моей работе есть общие темы, хотя предмет изложения всегда разный. Есть разрыв между первыми двумя моими романами и остальными: в первых двух я была заинтересована религией и проблемами, которые она вызывает. Даже в этом случае я обратила свой взор – недобрый взор – на политику раннего христианства во втором романе, "Иллюзионист", и в "Правой руке Бога" тоже есть важный духовный элемент. Можно также сказать, что я заинтересована тем, как власть разрушает (и человек, которого она разрушает, никогда не замечает этого) и альтернативами ортодоксии – религиозной, моральной, сексуальной, социальной и т.д. Я люблю отщепенцев и у меня вкус к революциям. Я обращаюсь к истории, поскольку так вы можете увидеть, как эти процессы протекают сквозь столетия.

Д.: Учитывая, что это 500-страничная книга, сколько занял процесс ее написания?

А.М.: Я провела около двух лет, исследуя эту тему, планируя книгу (и планируя заново), изучая экспонаты в музеях и за их пределами. Думаю, два с половиной года заняло действительное написание текста, и большая часть ушла на части I и V, историю Джеронимо, которая была самой трудной и переписывалась много раз. На самом деле трудно сказать точно, поскольку я начала писать еще до того, как закончила изыскания (потому что эти изыскания легко могли бы продолжаться до конца жизни, если бы я не начала!). С момента, когда я начала читать об этой теме и до момента, когда я сдала рукопись агенту прошло больше десяти лет – но в это время я писала и другие вещи.

Д.: Вы не думали, что из этой книги может получить отличное кино: есть шансы, что такое случится?

А.М.: Я думаю, что может получиться хороший фильм, действительно зрелищный фильм, хотя сомневаюсь, что он сможет передать всю неопределенность, которая передана в книге. Если кто и думает о создании фильма по ней, мне об этом ничего не известно!

Д.: Сейчас вы работаете над новым романом? Можете рассказать, о чем он?

А.М.: Да, я работаю над новым романом, и действие в нем происходит на Гаити. Это все, что я хочу сказать на этот момент.

Д.: Когда вы перейдете к процессу написания?

А.М.: Что замечательно в работе над исторической темой, так это то, что если ты чувствуешь, что не можешь писать, всегда можно провести еще немного исследований.

Д.: Как вы расслабляетесь в процессе работы?

А.М.: Прогулки – это очень хорошо. Это очищает мысли и в то же время помогает поразмышлять о том, о чем хочется. Я также люблю сплавляться по реке на своем каяке, это так же действует на мысли. Кроме того, я живу в большом городе, в котором есть много гораздо менее целомудренных развлечений.

Перевод Sedric

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

Случайные статьи

по теме

гностицизм

Читайте также

похожие материалы

  class="castalia castalia-beige"