Перевод

Глава 1. Оседлав два мира

Cовременная женщина в поисках Души

Джун Сингер

Cовременная женщина в поисках Души

Глава 1

Оседлав два мира

             Для каждого человека существуют  видимый и невидимый миры, но  не для  всех они одинаковы.  Мы все придаём этим мирам уникальный отпечаток, потому что  видим их через призму нашей собственной психики -  линзы, окрашенные нашими обстоятельствами. И то, что на эти миры смотрят с разных перспектив, не отрицает их объективную реальность. Она есть. Мы не видим всего, что существует, и не все, что существует, можно воспринять органами чувств. Одна из характеристик человечества — ненасытная страсть увидеть больше, узнать больше об этих двух мирах. Моя книга  - еще одна попытка среди многих других поговорить об этой жажде.

            Видимый мир — тот, в котором мы живем каждый день. Это мир знакомого, мир, где нам кажутся верными все наши предположения. В видимом мире мы как саму собой разумеющуюся воспринимаем и принимаем повседневную реальность. Этот мир сцеплен с концепцией того, кто мы есть, в чем мы нуждаемся, каких целей мотивированы достичь и как ведем себя при достижении этих целей. В этом мире доминирует личное Эго, давая рост амбициям и влечениям, здесь мы находимся в  поисках практических решений мучающих нас проблем. Видимый мир «здесь и сейчас» незыблемо стоит между исчезнувшим прошлым и неоформленным будущим.

            Невидимый мир незнаком, и, для некоторых, является огромным вызовом. Этот второй мир более фундаментален и в то же время более иллюзорен, чем первый.  Невидимый мир меньше самой маленькой частицы, которую возможно представить, но также и больше целой вселенной.  Он бесконечно тянется в прошлое, во время до «большого взрыва», когда, скорее всего, все и началось, и устремляется в безграничное будущее, где всё воспринимаемое нами сегодня исчезнет. Этот мир заключает в себе всё в промежутке между этими крайностями пространства и времени, невидимой сетью соединяя всё с центром, который зовется Вечное Настоящее. Паук, плетущий эту сеть — Сознание.

            Чтобы сквозь видимый мир заглянуть в невидимый, нам нужен другой вид восприятия, отличный от того, к которому мы привыкли в нашей повседневной жизни. Неважно, обращаемся мы ко второму миру или нет, он глубоко воздействует на нас через подсознательные послания, оттенки чувств, бессознательные импульсы и реакции, надежды и мечты, страхи и дурные предчувствия, и проблески иногда пугающих, а иногда величественных  возможностей. Невидимый мир — тот, откуда идет вдохновение, где можно обнаружить новые связи, и где мы ощущаем соединённость всего, что проявляется как разрозненное и различное в видимом мире.

            В ответ вы можете сказать: «Конечно, я это все знаю», и вы будете правы. Это так. Мы многое знаем о том, что лежит за видимым миром. Но в нашей дневной жизни большинство из нас ведет себя так, как будто не знает об этом, или будто это не имеет значения. Когда образы и проявления невидимого мира вторгаются в сознание, мы часто отбрасываем их. Мы стремимся рационализировать наши восприятия второго мира, говоря, что  они слишком своеобразны, слишком далеки от основного течения, слишком непрактичны и странны; что это недоказуемо, необоснованно, нелогично, полно предрассудков, несолидно, и что следовать этому — значит отвлечь нас от синицы в руке. В обмен на обещание безопасности множество людей ставят в сознании барьер между собой и приключениями, которые могли бы пролить новый свет на их личную жизнь и на то общество, где мы живем.

            Между видимым и невидимым мирами  были бурные отношения еще со времен позднего средневековья, когда эти миры существовали в относительной гармонии в рамках церковно-государственной связи. После, Западная Европа и позже Соединенные Штаты  прошли  через периоды, когда   два мира едва ли обращали внимание друг на друга, а также пережили откровенную вражду и открытый бунт. В наши времена вновь появляются признаки нового сближения. Оно усилится, когда больше людей откроют и разовьют свои способности видеть второй мир  через первый, видимый.

            К.Г.Юнг исследовал, как достигнуть невидимого мира, применяя  способы, которыми  раньше не пользовался ни один психиатр. Он считал архетипическую основу бессознательного базой творческого, расширяющегося сознания. Но есть разница между сознательным мужчины и женщины. В книге «Женщина в Европе» первой половины 20 века Юнг говорил: «Писать о положении женщины в современной Европе – довольно рискованное дело, и я никогда бы не стал этого делать без веских оснований. Что мы вообще знаем о Европе? Кто, в данном отношении, может претендовать на объективность? Всем нам, в той или иной мере присуща пристрастность. И что касается женщины – разве дело обстоит иначе? Помимо этого, насколько мужчина вообще способен писать о женщине – своей противоположности? Я имею в виду нечто объективно верное, не окрашенное сексуальной проблематикой и ресентиментом, вне иллюзии и теории? Я не знаю никого, кто мог бы претендовать на подобное. Место женщины – в тени мужской сущности. По этой причине он легко путает ее со своей тенью, и в желании исправить ошибку впадает в другую крайность, вознося ее на пьедестал и выдавая желаемое за действительное. Вот почему, приступая к данной теме, я делаю это не без колебаний."[Jung. C. G., 1927/1964. "Woman in Europe." Civilization in Transition (Collected Works, Vol. 10). 

            Здесь многое говорится о женщине того, что не понимал или не мог понять Юнг, когда в 1933 году  писал Современного Мужчину в поисках Души. С тех пор как женщины и мужчины разделяют общее пространство,  с момента их встречи в Райском Саду, их поиск души не одинаков — из-за разницы полов и всех  физических, социальных, психологических и духовных последствий, вытекающих из этой разницы.

 



Два Мира: Один Видимый,  Другой Невидимый

 

Вам, людям, не узнать, что в каждой птице на лету...


 Вам не изведать радость птиц, несущихся в полете.

Ведь вы в тюрьме своих пяти убогих чувств живёте...

 

Уильям Блейк «бракосочетание Рая и Ада»

 

Известное, Неизвестное и Непознаваемое 

            Мы всегда знали, что живем в двух разных мирах, и что неким непонятным образом они связаны, но мы забыли это. И хотя доказательства окружают нас, часто мы их не замечаем. Например, когда мы смотрим на дом, осознаем ли, что он -  результат проекта, находящегося в его основе? Проект скрыт, а дом является его внешним выражением. Однако многие ли из нас могут увидеть проект, когда смотрят на дом? На потолке мы видим светильники, каждый освещает окружающую его территорию. Если судить лишь по внешнему, можно поверить в то, что каждый из них является независимым, автономным источником света. Но если мы признаем скрытый порядок за этим внешним, мы сможем увидеть, что вся эта внешняя арматура связана, хоть и невидимым образом. Как раз то, что они связаны, и ведет к тому, что они работают, дают свет. Они не просто связаны друг с другом; где-то есть источник. Мы зовем это электричеством, и это было заложено в проект архитектором. Наблюдая механизм переключения, мы предполагаем, что в то время как сама энергия практически безгранична, то электричество, что можем использовать мы — конечно или ограниченно.

            Мы можем представить, что в невидимом нами проекте указаны места, где проводка дома соединена с внешним источником. Локальная система электричества соединяет все дома улицы друг с другом согласно общему плану. Всё это отлично известно архитектору и тому, кто за построенным домом видит проект. Но посмотрим глубже. Электричество приходит из далекого источника, возможно от дамбы на большой реке, с её турбинами и механизмами, построенными для того, чтобы использовать силу воды. В свою очередь это зависит от круговорота воды в природе — от поднимающейся в виде тумана воды, которая дождём падает на Землю, освежая и поддерживая её и всех живущих на ней, и в конце концов неумолимо сбегающей вниз по холмам к морям.  Дом -  это известное,  созданное по проекту архитектора, но неизвестное — это люди, задумавшие дом. План, или порядок, стоящий за проектом архитектора, зависит от архетипического плана, действий неизвестного Архитектора, того, кто создал наше место проживания, нашу Вселенную.

            Мы можем распространить эту метафору за пределы дома с его осветительной системой, системой отопления и канализацией -  на все, что создал человек, или на все, существующее в природе. Ничто не существует само по себе, хотя нашим обычным восприятием мы видим индивидуальные объекты и события. В глубине же все переплетено, связано, взаимозависимо.  Когда мы понимаем это, все становится частью целого и оказывается, что все существующее — должно существовать. Физик-теоретик Пол Дэвис подтверждает это, назвав свою книгу Космический проект (1988),  в ней он указывает на основной конфликт физической науки между холизмом и редукционизмом, как это было и во времена Платона и Аристотеля.

 

Чья бессмертная рука или чей взор Сумел обрамить твою страшную симметрию?

У. Блейк «Тигр»

 

            Первый мир, видимый, -  это мир повседневной последовательной реальности, которую мы воспринимаем как само собой разумеющееся. Второй мир, невидимый, более фундаментальный, и в то же время более иллюзорный. Ко второму миру принадлежит проект, дающий форму и смысл нашим жизням, и являющийся предметом размышлений народов всех времен. В каждой культуре есть мифы  и легенды, рассказывающие людям о том, как мир, который они знают, возник из места или мира, о котором они не знают. И в нашей культуре есть свои мифы, но мы не желаем их так называть. Людей больше устраивает слово «мистерии». А некоторых больше привлекает выражение «нерешаемые проблемы.»  Как будто бы есть множество вуалей между миром, известным нам и неизвестным нам. Всякий раз, когда мы срываем одну из вуалей, чтобы обнаружить за ней ответы на наши вопросы, мы находим новую, другие вопросы. И все же мы продолжаем поиски. Что ведет нас? Что заставляет нас верить в существование ответов? Что движет нас в исследовании границ сознания, думая, что если мы пойдем дальше, глубже, то найдем желаемое?

            Я уверена, что мы знаем больше  того, во что верим, и всегда знали больше, чем есть в нашем сознании в любой момент. Сознательность — это как момент пробуждения от глубокого сна: мы помним лишь фрагменты и ощущения, но точно знаем, что на самом деле происходило больше, чем мы запомнили.

 

Как Душа находит свое место

            В старой еврейской легенде рассказывается об этом знании  и забывании. В ней говорится, что когда была создана душа Адама, были созданы и души всех поколений, которые стали храниться на седьмом небе. Когда зачинается ребенок, Бог провозглашает,  каким человеком он  будет — мужчиной или женщиной, сильным или слабым, красивым или уродливым, высоким или низкорослым, толстым или худым. Человек может сам  определять, лишь будет он злобным или благочестивым. Затем Бог дает задание ангелу, присматривающему за душами, взять определенную душу, которая скрывается на седьмом небе, и поселить её в матке матери. Ангел идет на седьмое небо и приглашает душу спуститься в мир. Душа молит: «Не забирай меня отсюда, здесь так хорошо.» Ангел отвечает, «Мир, в который я отнесу тебя, намного лучше этого, и кроме того, именно для этого тебя создал Бог». Душу забирают и силой помещают в матку. Два других ангела наблюдают за тем, чтобы душа не сбежала.

            Утром первый ангел возвращается и берет душу в путешествие по Раю, показывает ей праведников, сидящих в славе, с коронами на головах. «Знаешь ли ты, кто это?», спрашивает ангел. Душа отвечает, что не знает, и ангел говорит «Это те, кто как  и ты, поселился в матке матери своей, и когда они попали в мир, то соблюдали заповеди божьи. Когда они покинули тот мир, то  и стали испытывать  счастье, что ты сейчас наблюдаешь. Знай, что если и ты будешь соблюдать заповеди, то будешь сидеть среди них, когда твоя земная жизнь закончится. Но если не будешь, то тебя отправят в другое место.» Сказав это, ангел возвращает душу в матку матери. На следующее утро он приходит вновь, и на сей раз забирает душу в Ад, и показывает грешников, страдающих и мучающихся, и кричащих от ужаса. Ангел говорит душе, что они были созданы так же, но когда попали в мир, не соблюдали заповеди божьи, и поэтому пришли к такому плачевному состоянию. «Знай, что твоя судьба — отправиться в мир. Будь праведным, не греши, и не придешь к такому концу.» На третий день ангел возвращается и ведет душу к тому месту, где та будет жить и где умрет, показывает, на ком женится и где будет похоронена, и еще множество других моментов. Затем он помещает душу в матку на девять  месяцев. 

            Когда приходит время ребенку родиться, Ангел возвращается и говорит душе: «Пришло время отправляться в мир.» Душа возражает: «Нет, мне здесь нравится. Почему я должна выходить в мир?». Ангел отвечает: «Так же как ты была создана против воли своей, так и родишься против воли своей и умрешь против воли своей.» Душа продолжает  возражать, пока ангел не стукает ребенка по носу, гася его свет, и приносит в мир, помимо его воли. Немедленно ребенок забывает все, что он узнал и приходит в мир, крича и пинаясь.

            Такую сказку рассказывают люди детям своим, когда те, возможно смутно помня о некоем другом месте, в котором они находились, спрашивают своих родителей «Откуда я пришел?».  Это очень архетипично, такая попытка дать жизнь и содержание вековому и глубокому вопросу, задающемуся в любой части мира, в каждом поколении. На этот раз может быть дан буквальный ответ, и достаточно правдивый.  Но, как и со многими буквальными ответами,  это не вся правда, и каким-то образом мы всегда это знаем.

            Некоторые люди отчетливо ощущают таинственность психики. Дети часто чувствуют, что видят нечто, невидимое другим. Или  возможно они понимают невысказанные смыслы в интонациях голоса, то, что не воспринимают другие. Каким-то образом они также знают, что об этих вещах не нужно говорить кому-либо.  Они думают: Ведь никто не говорит о невидимом — возможно никто и не видит ничего  - наверно со мной что-то не так, раз я вижу то, о чем другие не говорят — похоже, я такой единственный. Если ребенок достаточно наивен, то он говорит о таком, и обычно получает свое наказание. Таким ребенком был Уильям Блейк, о чем рассказывал его ранний биограф Александр Гилкрист (1863), написавший в своей Жизни Уильяма Блейка «Когда он был ребенком восьми или десяти лет, у него было «первое видение». Гуляя, он посмотрел наверх и увидел дерево, на котором сидели ангелы, сияющие как звезды. Вернувшись домой, он рассказал об этом, и только заступничество матери спасло его от взбучки отца.»

            Я была удачливее многих других, потому что моя мать верила в воображение. Я узнала об этом, когда после её смерти разбирала её вещи и обнаружила книги, любимые мною в детстве,  Путешествия в Букландию. Я открыла первую главу и на ветхих от времени страницах наткнулась  на стихотворение, которое она читала мне еще до того, как я сама научилась читать, и возможно оно стало моим знакомством с творчеством Уильяма Блейка, долгие годы бывшего моим вдохновителем и учителем.

Это было «Дитя-Радость» из его Песен Невинности: 

 

Мне только два дня.

Нет у меня пока еще имени.

Как же тебя назову?

Радуюсь я , что живу.

Радостью — так и зови меня!

Радость моя

Двух только дней,

Радость дана мне судьбою.

Глядя на радость мою,

Я пою:

Радость да будет с тобою!

(пер.С.Маршак)


             
Лишь перечитывая это недавно, я осознала более глубокий смысл такого, казалось бы, простого стихотворения. Новорожденный младенец знает свое имя! Его имя говорит, для чего он здесь. Лишь позже он это забывает! Иногда требуется много лет, чтобы человек вспомнил это, и множество людей никогда не возрождают в памяти это тайное знание.

 

Тигр под столом

            Я также помнила, что в раннем возрасте я знала, что была тигром, но каким-то образом понимала, что эта информация не будет правильно воспринята моими родителями.  Такое знание в детях — не редкость. Мы вычеркиваем такие идеи из нашего «цивилизованного» сознания, но в ранние времена, и сегодня среди некоторых людей, живущих близко к природе, в племенах, не является необычным помещать невидимую часть себя в тотемное животное. В нашем современном устое у людей есть домашние животные, с которыми они обращаются как с друзьями и товарищами, и те, по правде говоря, настолько близки к ним, что являются почти их частью. Взрослые, конечно, понимают разницу, когда определенное животное нравится и когда ты идентифицируешься с ним, но дети могут быть животным, как в так называемых примитивных сообществах, и жить жизнью мистического соучастия с животными и другими аспектами природы.

            Член примитивного племени может надеть на себя медвежью шкуру и танцевать вокруг церемониального костра, рыча как медведь, но как ребенок я не  могла сделать так же. Я могла лишь присесть под обеденным столом или в своей берлоге под роялем,  и иногда рычать на  проходящих мимо. Мои родители не обращали на это внимания. Однажды они пригласили гостей на ужин, а мне полагалось быть в постели. Перед тем, как гости уселись за стол, я проскользнула в гостиную и затаилась в своем логове под столом. Я дождалась момента и затем укусила одну из женщин за лодыжку. Она ужасно закричала и случайно опрокинула свой бокал с вином. Когда мама меня обнаружила, она отругала меня и быстро отослала в кровать.

            Через некоторое время после этого инциндента моя мама отвела меня к детскому психоаналитику по причине моего «странного поведения». Конечно, она не знала, что я была тигром. Добрый старый джентльмен, доктор Хубш (что на немецком означает «милый») посадил меня к себе на колени и попросил рассказать о званом ужине. Он был таким теплым, с морщинками у глаз, как Санта Клаус, что мне показалось — он точно поймет меня. Я рассказала ему, что на самом деле я тигр, но никто этого не знает, и я бы хотела, чтобы он никому не сказал. Он понял меня, и никому ничего не сказал. Мама рассказала мне спустя несколько лет,  что он объяснил ей как мое воображение бежало вперед гораздо быстрей моей способности выражать себя вербально. Он предложил обратить внимание на обучение меня рисованию, чтобы я могла найти способы выразить себя. Вскоре после визита к доктору Хубш, к нам в дом дважды в неделю стала приходить студентка местной школы искусств и давать мне уроки. У нее было прекрасное имя — мисс Даймонд. Я никогда не забуду, как она позволяла мне рисовать каракули, и когда я на них смотрела, то видела таинственные картины, спрятанные там. Затем я обводила некоторые линии, и так появлялась картина. Эти каракули освобождали поток энергии, незатронутой  тем, что я должна или не должна делать. Я могла смотреть на них с чистым разумом и объединять разные фрагменты в танцующих девочек или фантастических животных. Так я была спасена от необходимости отказа от моего тайного мира, могла держать в себе свои тайные знания относительно моего тигра, в то же время давая жизнь тому, что таилось внутри меня.

                [Иисус сказал:] Когда вы познаете себя, тогда вы будете познаны и вы узнаете, что вы - дети Отца живого. Если же вы не познаете себя, тогда вы в бедности и вы - бедность

Евангелие от Фомы

            Тайны психики выходят на свет с помощью метафор, мифов и ритуалов. Это происходит потому, что они имеют дело с невидимым миром, где нет ничего объективно реального или истинного, но где все может быть субъективно реальным или субъективно истинным. Метафора — это слово, миф — это история, и ритуал — это разыгрывание истории, сотканной из слов. Объективная истина и реальность относятся к миру, в котором, как предполагается, вещи существуют как они есть, независимо от того, что кто-то  думает  о них. В этом мире есть «правильный» способ смотреть на вещи, и есть разумный и рациональный способ говорить о них. Буквальный язык, в котором слова относятся к объектам, и смысл передается словами -  отражает мир объективно. Но в субъективном мире буквальное значение бессмысленно. Ответ психики на события часто невербален. Индивидуальный, или субъективный взгляд на реальность, слегка отличается у всех нас. Особенный способ, которым мы воспринимаем мир, наш взгляд на мир, может быть невидим для другого. Если мы будем объяснять его буквально, то могут быть неприятности, ведь нет очевидных соответствий между нашим собственным опытом и опытом кого-то другого.

            Так что метафора — это метод замены одного слова на другое, чтобы передать не буквальное значение, а чувства, навеянные словом. Сказать «Я тигр» - это не буквальное утверждение, а метафорическое. Такое заявление — это попытка выразить образ себя, соответствующий моим чувствам о тигре.  Тигр означает, по крайней мере для меня, существо сильное и гибкое, любящее охотиться в ночном лесу (другая метафора для бессознательного), независимое, и тем не менее страстно защищающее свое потомство, красивое, с янтарными глазами, пронзающими тьму. Совершенно точно это тигрица.

            Метафора — это вещество, из которого соткан миф. Это язык воображения. Используя её, мы создаем личные мифы и коллективную мифологию. Множество юнгианских аналитических процессов состоит из нахождения личного мифа человека и распутывания всех ассоциаций и чувств, составляющих его, до тех пор, пока мы не обнаружим корни метафоры, или ведущий принцип. Личный миф проявляется в нас через сновидения и фантазии, надежды и страхи, сексуальность и тело, и весь другой не-рациональный опыт, вызывающий настолько интенсивные чувства, что разум не может им противостоять.

            В каждой культуре, включая и нашу, мифы отыгрываются через коллективные не-рациональные практики, совершаемые в форме ритуалов. Это объединяет массы людей в бесконечном разнообразии — от национальной одержимости скрытно употреблять наркотики, которые обещают вкус рая в мире ада, до путешествия через половину мира, чтобы посмотреть спортивные состязания, напоминающие Олимпиаду, которая в древние времена проходила на равнине в северо-западной части Пелопоннеса.

 

Человеческое Существо как Следопыт

            Поиск души -  это поиск чего-то большего, ускользающего от сознания. Это отличает человеческое существо от других животных. У человека есть особенное сознание — любознательное, отражающее, синтезирующее. У такого поиска много путей. На одном пути изучают причины, следствия, следуют логике. На нем начинают с того, что известно на основании предыдущих исследований и накапливают дополнительную информацию, все время адаптируя свои первоначальные формулировки к новым конструкциям, пришедшим к осознанию. Это путь науки. 

            Другой путь основан на  традиции, на сохранении ценных объяснений прошлого и поиска  новых значений в них, чтобы сделать их созвучными нашей текущей жизни. Это путь религии и мифологии (помните, что то, что для одного человека является религией, для другого может быть мифологией).

            Третий путь проходит через личный опыт, в котором человек способен разглядеть, что скрывается за многими завесами, или, по крайней мере, за некоторыми из них. Такие экскурсии в невидимый мир могут совершаться разными способами, включая сновидения и фантазии, медитации, или внезапные спонтанные озарения. Иногда искатели обнаруживают  невидимый мир пугающим, иногда — вдохновляющим, иногда — утешающим. Мы зовем этот путь путем духа.

            Четвертый подход — это путь психики. Многое было сказано и написано о мире, который мы знаем и о мире, который мы не знаем. Некоторые говорят об этом авторитетно, а некоторые предлагают лишь предварительные гипотезы. Потенциально все это имеет смысл, но пока мы не поймем, что лежит за самим процессом познания, под которым я имею в виду психику, в смыслах будет отсутствовать важная составляющая. Как психика приходит к тому, что она знает то, что знает? Этот вопрос занимает меня днями и ночами. Я подошла здесь к самой психике и именно ей нужно продолжать задавать вопросы. Я не могу писать о видимом и невидимом мирах и пространстве меж ними, не задавая себе вопроса и не спрашивая других, как в них рождаются такие вопросы, и как приходят ответы.

            Все пути, которые я упомянула — ведут к невидимому миру, и должно быть еще много подобных способов проникнуть туда. С моей точки зрения, путь психики  проливает свет на все остальные. Когда мы начинаем двигаться дальше к порогу между видимым и невидимым мирами, мы собираем обрывки знаний и информации, обнаруженных на каждом другом пути. Но в основном мы будем обращаться к психике, как к основному источнику информации. Путь фемининной психики — тот, с которым я знакома более всего, тот, по которому я иду чаще всего, и тот, что кажется мне наиболее значимым.

            

Логос и Эрос

            Миры  проявляют себя в психике разными способами, основываясь на личности человека и его манере получения знаний. Два диаметрально противоположных взгляда на мир можно охарактеризовать понятиями Логос и Эрос.

            В начале было Слово (Логос), и Слово было у бога и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его. (Евангелие от Иоанна 1:1-5, выделено мною).

            Возлюбленные, будем любить друг друга; потому что любовь (Эрос) от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога. Кто не любит, тот не познал Бога ; потому что Бог есть любовь.

 (Евангелие от Иоанна 4:7-8, выделено мною).

            Человек, в котором принцип Логоса является основным, смотрит на мир через логические, рациональные процессы.  Такой человек имеет тенденцию вербализировать, интеллектуализировать, ему нужна причина или объяснение для того, чтобы он принял что-то как правду. Если он убежден в правильности суждения, невозможно сбить его с этой позиции. Потому что его самооценка зависит от того, насколько он правилен или точен, от поиска истины, неважно в какой форме она найдена, и от выражения этой истины в наиболее убедительной форме. Он или она не испытывает большой нужды в одобрении других. Поэтому люди Логоса часто  отделены от других, либо одиноки, либо имеют мало близких и поддерживающих друзей.

            Эрос-ориентированные люди, с другой стороны, чувствуют себя как рыба в воде в человеческих взаимоотношениях и, в действительности, отчаянно нуждаются в них. Такие люди дойдут до крайности лишь бы не причинить боль другому человеку — и не из-за своей доброты, но и из страха быть отвергнутыми.  Они сострадательны и вдумчивы, и жертвуют своими личными потребностями  или убеждениями только чтобы быть любимыми другими.  Для Эрос-ориентированного человека мир Логоса кажется недоступным.

            Я выбрала двух анализандов, чтобы проиллюстрировать, насколько различным может быть взгляд сквозь видимый мир для людей типов Логоса и Эроса.  Эти женщины показывают два различных пути понимания миров внутри и снаружи себя.  Для этой иллюстрации я могла вы выбрать мужчину и женщину, или двух мужчин, здесь  важна не тема фемининности или маскулинности, а человеческие вопросы, выходящие за рамки пола. Работая с мужчинами и женщинами, я обнаружила, что  способ выражения женщиной Эрос и Логос - отличен от мужского. Возможно, это происходит из-за социобиологии. Эрос, способность к интимным взаимоотношениям, для женщин обладает другой психологической и физиологической важностью. Мужчина может уйти от последствий своей сексуальности, а женщина оказывается более захваченной и более ответственной за такие последствия. В отношении Логоса тоже есть различия. Остаются ожидания,  что мужчина несет более значительную Логос-функцию (достаточно посмотреть на коллективные фотографии людей в Конгрессе или Верховном Суде), в то время как женщины должны постоянно пробивать барьеры, чтобы заслужить признание своей Логос-функции. Поэтому когда женщина исследует вопрос, кто она есть на самом деле, её поиск является отчетливо женским.

            Когда я решила написать о двух женщинах в поисках своей души, я приготовилась поговорить с ними о своем намерении и попросить их разрешения включить в свою книгу некоторый аналитический материал, который они разделили со мной. Я была уже не такой наивной как два десятилетия ранее, когда я написала Границы Души. Я знала, что когда дается  простой ответ «да», он может скрывать некоторые невыраженные чувства. На этот раз я не просто хотела получить их разрешение, но быть открытой к появлению более глубокого смысла того, что я выбрала именно их и их желания заключить со мной такое «соглашение». Я заверила их в том, что не буду использовать их настоящие имена и что буду избегать любого материала, который может идентифицировать их. Более того, я не собиралась опираться в точности на этот материал, но хотела разнообразить его, чтобы верно проиллюстрировать идею. Я собиралась быть очень внимательной  к их чувствам на всех уровнях.

 

Руби

            Сперва я расскажу о женщине, которую буду называть Руби. Её искрящиеся карие глаза и румяное лицо создают впечатление витальности и энтузиазма. Она теплая, любящая, выстраивающая отношения, и я предположила, что она с большей вероятностью, чем другие клиенты, согласится на мое предложение. В Руби мы видим отчетливо развитый Эрос. Она настроена на  отношения и зависима от них. Когда она пришла ко мне, её мир был переполнен нападками на её время и энергию, что было очень трудно выдержать. Главной её задачей оказалось развить способность выпутаться из плотного охвата некоторых  отношений. Ей надо было обнаружить, что чтобы не быть перегруженной, ей надо поддерживать свой собственный центр силы - мелкими, простыми действиями заботы и нежности, и особенно в её внимании к природе и естественным процессам, происходящим вокруг нее.

            Я сказала Руби, что пишу книгу, которую назову «Современная женщина в поисках Души». Рассказала, что передо мной дилемма, что я хочу использовать аналитический материал — такой, как она предоставляет мне — но насчет этого есть много  оговорок. Я не стала обсуждать их все с ней, но сделала акцент на моих чувствах о том, что она как анализанд может почувствовать себя эксплуатируемой, или что знание о моем особом интересе к её процессу может повлиять на материал, который она мне приносит. Руби задумчиво молчала. Затем она сказала, что хочет немного поразмыслить. У меня сложилось впечатление, что она благоприятно относится к возможности использовать её материал. Я не настаивала на немедленном ответе, потому что хотела понять, что может принести такая задержка на бессознательном уровне. Поэтому мы оставили вопрос нерешенным. Возможно причиной, по которой она не могла дать мне немедленный ответ, было её внутреннее сопротивление, о котором она не решалась сказать из-за страха навлечь на себя моё нерасположение.

 

Лорель

            Женщина, которую я зову Лорель,  - полная противоположность Руби, высокая, стройная блондинка с голубыми глазами, пришла с запросом об отношениях. Вовсе не склонная полагаться на других людей в оценке себя, Лорель скептически относилась к мнениям других. Давным давно, в детстве, она убедилась, что едва ли кто-то понимал её или доверял ей. Она научилась полагаться на своё собственное суждение и то, что она называла «моё знание», и именно это вело её к тому, что она считала правильным и осмысленным. Так что и  в её взрослой жизни она редко искала обратной связи от других людей, той, что могла бы дать ей чувство безопасности и заземления. В этом было определенное преимущество, так как в детстве она позволяла своим идеям взлетать и парить; но во взрослой жизни ей пришлось тяжело бороться, чтобы переводить понятные ей идеи на язык, который могли бы понять другие.

            По роду деятельности она занималась научными исследованиями, и здесь она могла транслировать свои идеи профессионально. Как Логос-ориентированный человек, она полагалась на тщательно собранные данные, которые поддерживали её утверждения, таким образом защищая свою работу от критиков. Зная это, и несмотря на то, что я особенно хотела использовать её аналитический материал, я сомневалась, говорить ли с ней об её участии.  У Лорель было что-то вроде шестого чувства, интуиции, которая часто синхронизировалась со мной. Она доверяла материалу, поднимавшемуся из бессознательного. Я чувствовала, что правильное время само даст о себе знать, и я получу некое указание, когда лучше поговорить с ней о позволении использовать её материал.

Несколько недель спустя после того, как я поговорила с Руби, Лорель принесла мне такой сон:

Я иду в дом аналитика на свою сессию. Она живет в высоком, очень старом здании. На каждом этаже сводчатая крыша с красивыми фресками, как в Сикстинской Капелле. 

Она очень внимательна к моему выражению себя и  начинает говорить со мной слегка встревоженно. Как будто она ищет способ быть со мной, что-то новое, и не знает точно, как к этому прийти. Она сбивчиво говорит о своих чувствах и кажется весьма уязвимой. Я никогда её такой не видела, и хочу спасти её, но я пока не понимаю, к чему всё идет.

В какой-то момент мы идем прогуляться. Во время прогулки мы входим в старую библиотеку, полную древних книг в кожаных обложках. Мы обе счастливы быть здесь. Когда мы проходим дальше, я замечаю старика, читающего огромную таинственную книгу маленькой группке детей, сгрудившихся вокруг него. Я останавливаюсь послушать, в изумлении поворачиваюсь к своему аналитику и говорю ей «Он читает им Братьев Карамазовых!» Я не могу поверить, что дети понимают то, что он говорит, но они кажутся увлеченными.

Мы продолжаем идти, и моя аналитик говорит, что она чувствует глубокую связь со мной, которую не чувствовала раньше. Я импульсивно сжимаю её руку, признав таким образом взаимную симпатию.

Когда мы возвращаемся в её квартиру, я предполагаю, что эта глубокая связь основана на задаче, которую нам надо завершить. Либо мы будем помогать друг другу в поисках (и даже быть необходимыми), либо вместе завершим что-то. Это главная задача, которая поставлена перед нами, и это часть нашей судьбы.

Я кладу свои руки ей на голову и «читаю» её энергии, ищу свидетельства болезней. Я ничего не нахожу и благословляю её,  посылая ей заботу и приверженность нашему путешествию.

 

            Я была поражена синхронистичностью этого сна, особенно утверждением, что Лорель и я глубоко связаны задачей, которую нужно совершить вместе. (Синхронистичность — это термин, который использовал Юнг для обозначения значимых  совпадений, по своей природе не связанных причиной-следствием, то есть одно событие не "вызывает" другое, но, каким-то образом они  сверхъестественно соответствую друг другу.) Я стала вместе с ней анализировать сон. Дом, в котором я живу во сне — огромен. Это говорит о том, что Лорель высокого мнения обо мне; она меня переоценивает. Нужно обратить внимание, что этот её позитивный перенос не реалистичен, и такой экзальтированный взгляд неизбежно сопровождается слишком высокими ожиданиями. Если бы я не заметила этого, то  была бы большая вероятность того, что в своем  разочаровании она будет испытывать внезапный поворот  к столь же нереалистичному низкому мнению обо мне и моей роли в её жизни. Я приняла это к сведению как предупреждение быть аккуратной в дальнейшем.

            Лорель интуитивно почувствовала, что я чем-то озабочена, но она не знала о том, что это может быть. Она хотела соединиться с  мой уязвимой частью. У нее были фантазии о моем спасении,  но она не решалась потакать им, потому что у нее были свои потребности и она не  хотела отвлекаться на мои. Это как раз и было тем, чего я ожидала и боялась одновременно, и являлось  одной из причин, по которой я сомневалась, рассказывать ли ей о своем проекте.

            Библиотека с древними книгами символизирует сокровенное пространство, в котором мы вместе нашли друг друга. Эту сцену вызвал наш разделённый интерес к определенной мистической литературе, отсюда комната, наполненная древними томами в кожаных переплетах, что так интересовали нас обеих. Мудрый старец — гениальный чтец, ведающий простые, но глубокие истины  жизни. Чтение  книги детям означает, что даже наивные способны понять мистерии и глубины, если им позволяют услышать это и получить их на том уровне, что они способны воспринять. Я подозревала, что Лорель была обеспокоена невозможностью разделить процесс, которым мы занимались, с другими людьми, теми, кто как дети из её сна, не были «посвящены». Но дети были увлечены — на определенном уровне они поняли важность происходящего; оно возбуждало их и проникало в их умы. Так что мне казалось, что сон говорит — не бойся того, что сказанное тобой поймет не каждый. Если сотня человек прочитает это, а поймет только десять,  и из этих десяти только двух это глубоко затронет, твоя работа уже не будет бессмысленной. В действительности, эти двое могут сохранить её от погружения в забвение. Они могут быть средством спасения.

            Сон говорил о ситуации Лорель, а не только о моей собственной. Ведь это все же был её сон. Она работала в этот момент над исследовательским проектом и боялась, что некоторые из её предложений будут не поняты, так же как я боялась, что она не увидит ценность позволения мне использовать её сон, потому что не каждый способен понять его. Это было интересной параллелью - то , что часто возникает в аналитическом процессе, где два человека связаны на бессознательном уровне, так же, как  и на сознательном. Сон позволил Лорель признать, что мы вместе в этом процессе; мы обе в поисках, хоть и независимо друг от друга. В то же время, мы взаимодействуем друг с другом, обе влияем на систему. Это процесс нахождения взаимогармонизирующей дороги, из которой  и состоит аналитическая работа.

            Во сне бессознательное Лорель дает разрешение помочь мне, так же, как я помогла ей. Мудрость бессознательного направлена на «чтение» моих энергий — чтобы понять, «здоровые» ли они.  Я поняла это так, что она пытается распознать, была ли я психологически открытой и честной или пыталась навязать ей что-то своё. Я должна была дать понять ей, что  хотела бы исследовать с ней вместе возможные бессознательные мотивы, которые у неё были за согласие принять участие в моём проекте, а также возможно её бессознательное сопротивление  этому. В любом случае, сон показал готовность со стороны бессознательного быть приверженной «обоим нашим путешествиям.» Это состояние бессознательного отобразилось во сне Лорель до того  как я рассказала ей о планируемой мной книге. Опираясь на этот сон, я рассказала ей о том, что у меня в мыслях - признание двух миров и исследование того, как мы познаем мир невидимый. Теперь я могла сказать о своей надежде, что она разрешит мне использовать её аналитический материал, чтобы раскрыть некоторые темы, то, как они переживаются в процессе анализа. Я дала ей знать, что  отдаю отчет в глубине её опыта, что я ценю эти переживания, и что буду относиться к ним с уважением.

            Её ответ был медленным и задумчивым. «Вы спрашиваете меня, могу ли я поделиться чем-то сокровенным. Я не уверена. Я чувствую, что эти внутренние  переживания, проводящие меня в невидимый мир, в действительности не мои. Я не хочу искажать то, что  приходит ко мне. Я считаю, что испытанное мной не может быть передано правильно.»

            Я ответила ей, что всегда есть опасность непонимания, даже если всё передается правильно. У нас нет гарантий, что даже если мы сказали что-то правильно, люди поймут это. Это болезненный опыт каждого, кто пишет или обучает. Множество людей понимают не так, но есть ведь и люди, которые поймут. Это делает наши попытки стоящими того.

            Лорель предположила, что её сон тоже говорит о том, что её жизненная цель не лежит лишь в сфере представления её идей интеллектуалам, профессионалам; возможно, надо адресовать их и людям, которые «не знают»,  как дети, которым старик читал Достоевского. «Жизнь полна парадоксов!», сделала вывод Лорель. «Я постоянно этим занята! Я постоянно зондирую то, что известно, чтобы обнаружить то, что неизвестно. Я должна использовать методы науки, чтобы выйти за пределы науки. Моя цель — понять, и мало того, вы еще теперь  говорите мне, что я должна общаться. Мне нужно повернуться внутрь, чтобы рефлексировать, и повернуться наружу, чтобы коммуницировать. Это как-то бессмысленно.» Я напомнила ей как  однажды она сказала — Логос-ориентированные люди верят, что «жизнь — это дихотомичная переменная.» Им нужно обнаружить за парадоксом упорядочивающий принцип, потому что хаос для них — это то, с чем невозможно иметь дело. Понятно, Лорель идентифицировала себя как женщину-Логос.

            Наша дискуссия повернулась к теме парадокса, одной из главных проблем, с которыми сталкивалась Лорель. Я тоже была занята этим, потому что сосуществование видимого и невидимого мира — это явный парадокс.  Когда мы говорим о Логосе, мы имеем в виду интеллект, слово, логический ум, функцию разделения. Эрос, как мы понимаем его — это тепло, соучастие, функция отношений. Лорель сказала: «Когда я говорю о парадоксе с позиции Логоса, он ощущается неполным. Моё абстрактное восприятие парадокса — лишь частично. Чтобы сделать его целостным, мне надо включить Эрос; это приносит полноту и завершенность.  Но мой образ мышления неизбежно будет понят неправильно.»

            Интересно, чувствовала она таким образом, потому что Логос-ориентированный человек на самом деле не доверяет Эросу, а Эрос-ориентированный человек доверяет Логосу еще меньше. Между Логосом и Эросом бездна, пропасть. Эрос-ориентированные люди считают, что во вселенной есть первичное единство, что все по существу  - едино. Принцип отношений существует для них, но только в пределах своих собственных параметров, которые исключают ориентацию на Логос. Отчаяние Лорель было очевидным. «Я оказываюсь в затруднении, когда пишу о парадоксе в своём дневнике. Это так нелепо. Почти никто не сможет понять, о чем я говорю. Так что я закрываю свой дневник  и  навожу порядок в доме.» «Не делайте так!»  сказала ей я. «Не бойтесь выражать спонтанные мысли, которые исходят из невидимого источника внутри вас. Это самое ценное, что у вас есть. Позвольте этому выходить наружу, пока это происходит. Позже вы можете рассудить, кому это показать (либо никому вообще). Но пишите это. После этого вы можете пойти и навести порядок в доме.»

            Осознавание видимого и невидимого мира — это упражнение-парадокс. То, что истинно в одном мире, не обязательно справедливо в другом, и наоборот. Эрос пытается залечить их различия, а Логос  - прояснить их. Но парадокс, или ирония этого, если угодно, в том, что где сознательная ориентация человека стремится оказаться на одной точке зрения, уравнительная ориентация бессознательного представляет противоположную точку зрения, путем мечт и фантазий, спекуляций и внезапных озарений. Благодаря нашей способности  принимать и жить с этими парадоксами и терпеть неясности, которые идут вместе с ними, можем мы сделать первый шаг в направлении получения доступа к невидимому миру.

 

 

 

 

 

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

женская индивидуация

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"