Перевод

Глава 15. Книга Закона

Глаз в треугольнике

Израэль Регарди

Глаз в Треугольнике

Глава 15

Книга Закона

Во время медового месяца на Цейлоне Кроули обнаружил, что Роза беременна. Все предшествующие планы путешествия в Китай были немедленно свернуты, и после нескольких дней большой охоты в Хамбантоте, цейлонской деревне, они решили вернуться домой в Болескин. Однако, на пути с Востока им приключилось остановиться в Каире, арендовав квартиру на февраль – несомненно, предпочитая провести зиму в более теплом и солнечном климате, чем Шотландия, которая могла быть безрадостно холодной и серой в зимние месяцы.

Они бы никогда не зарегистрировались как Мистер и Миссис Алистер Кроули; это звучало слишком прозаично. Таким образом, «выбрав персидское имя», - писал он в Исповеди, - «я сделал его Chioa Khan (произносится Hiwa Kahn), что на иврите означает Зверь. (Кхан является одним из многих почетных имен, распространенных в Азии). У меня не было сознательного магического намерения делать это. (Позвольте мне здесь заметить, что я обычно называл мою жену Уарда, что есть одно из множества арабских имен для Розы)».

«Я ни на мгновение не обманулся своим собственным предлогом, что хочу изучать магометанство, и в частности, мистицизм Факира, Дарвеша и Суфиев, в сути своей, когда я предложил выдать себя в Египте за персидского принца с красивой английской женой. Мне хотелось расхаживать в тюрбане с бриллиантовой эгреткой и широких шелковых одеждах, или в пальто из золотой парчи, с украшенным драгоценными камнями тальваром (индийская сабля – прим. перев.) на боку, и двоими великолепными бегунами, что расчищали бы путь для моей кареты по улицам Каира…

Что касается моего изучения ислама, я попросил Шейха научить меня арабскому языку и практикам омовения, молитвы и так далее, так чтобы в будущем я мог сойти за мусульманина в их среде. Мне пришло в голову рано или поздно повторить путешествие Бартона в Мекку. Я выучил наизусть множество глав Корана. Я так никогда и не отправился в Мекку, это казалось довольно старой игрой, но моя способность полностью побрататься с мухаммеданами обернулась во многих отношениях безграничной пользой».

Во время этого короткого пребывания в Каире, в первые месяцы 1904 года, произошел инцидент, который, как утверждал Кроули до конца своих земных дней, был самым важным событием всей его жизни. Все произошедшее ранее было всего лишь подготовкой. Все последующее он считал судьбой и свершением. Оно доминировало в его деятельности – после первоначального пятилетнего периода, в течение которого он даже не хотел признавать его. Но после этого периода времени, достигшего кульминации в опыте получения Видения и Голоса в Северной Африке, он отождествился с ним, на счастье или драму. Кроули и документ, содержащий фразу «Делай что Изволишь», стали тогда совершенно неразлучны.

Что случилось в начале апреля 1904 года, было описано Кроули в силу нескольких разных случаев, и в нескольких разных книгах. Это длинная сложная история с тонкими ветвлениями, но она может быть сведена к следующему простому рассказу.

В какой-то период в Каире после интенсивной магической работы, его жена стала беспокойной и, наконец, сказала своему мужу: «Они ждут тебя!». После многих экскурсов она окончательно убедила его подчиниться ее «предчувствию» - и это, я полагаю, было нелегко. День за днем он сидел в уединении в гостиной их каирской квартиры. В течение одного полного часа в каждый из трех последовательных дней, начиная с 8 апреля 1904 года, Голос диктовал ему то, что назвалось Книгой Закона. (Иногда ее имя написано как Liber AL vel Legis).[1]

Этот документ из трех коротких глав, как предполагается, был продиктован сверх-человеческим разумом по имени Айвасс. В течение многих долгих лет Кроули недвусмысленно утверждал, что Айвасс был одним их Тайных Вождей Третьего Ордена Серебряной Звезды, интеллект которого настолько превосходил Кроули, насколько его собственный превосходил интеллект бушмена. Много лет спустя он пришел к осознанию и принятию того, что Айвасс был не кем иным, как его Святым Ангелом Хранителем. «Я претендую на то, чтобы быть единственным авторитетом, компетентным решать спорные вопросы в отношении Книги Закона, поскольку ее автор, Айваз – не кто иной, как мой собственный Святой Ангел Хранитель, Познания и Собеседования с Которым я достиг, так что я имею исключительный доступ к нему. Я должным образом передал Ему все трудности напрямую и получил Его ответ; поэтому моя награда является абсолютной и безапелляционной».

Если Айвасс был его собственным Высшим Я,[2] тогда вывод – не что иное, как то, что Алистер Кроули был автором Книги, и что он был внешней маской для множества различных иерархических личностей, как обсуждалось ранее. Таким образом:

Брат Пердурабо 0=0 – это Алистер Кроули

Брат «Сердце Иисуса» и т.д. 5=6 – это Алистер Кроули

Брат Ол Сонуф Ваорсаги 6=5 – это Алистер Кроули

Брат Оу Мх 7=4 – это Алистер Кроули

Брат To Mega Therion, Великий Зверь 9=2 – это Алистер Кроули

Человек Кроули был самой низкой ступенью иерархической лестницы, внешней оболочкой Бога, как и мы все, персона Звезды. «Каждый мужчина и каждая женщина – Звезда».

Он автор Книги Закона, так же как он – автор Книги Сердца Обвитого Змеем, Книги Ляпис Лазури, и т.д. Я уже рассуждал ранее, как эти книги открывают диалог между составляющими частями Кроули. Мне кажется, что в основе своей Liber Legis не отлична от них.

Отношение Кроули, однако, совершенно иное. Он готов признать, что в возвышенном смысле он был автором Liber LXV и Liber VII, упомянутых выше, но что он не был, таким же образом, автором Книги Закона. Эта последняя, утверждает он, была продиктована ему настолько реально и настолько явственно, как если бы я диктовал этот материал моему секретарю.

Он, отчасти, предвидел такой аргумент. Например, в Равноденствии Богов, он писал:

«Конечно, я писал их чернилами на бумаге, в материальном смысле; но это не Мои слова, если только Айваз не воспринимается как мое подсознательное Я или какая-то его часть; в этом случае, мое сознательное Я, в неведении об Истине в Книге и враждебно к большей части этики и философии этой Книги, а Айваз – это жестоко подавленная часть меня». Далее он добавил в сноске к вышесказанному, говоря: «Такая теория при дальнейшем рассмотрении подразумевала бы, что я, неизвестный себе, владею всеми видами сверхъестественной силы и власти. Закон Скупости Мысли (Сэр У. Гамильтон) появляется в опровержение этому».

Можно смело сказать, что современная теория психологии согласилась бы, что любой человек наделен всеми видами знания и могущества, о которых он совершенно не догадывается, невзирая на закон Гамильтона. Теории Фрейда и Юнга находятся на стороне такого предположения, хотя полное рассмотрение каждой теории в деталях будет представлять собой различные картины.

Что Айвасс может, в действительности, быть жестоко подавленным или отделенным или доселе непознанным элементом его психической структуры, можно подтвердить фактом, что даже вплоть до своей смерти в 1947 году Кроули, как говорят, находил некоторые части этой Книги довольно неприятными даже для самого себя. Что это за части, я не знаю. Некоторые другие стихи Книги довольно ясно связаны с материалом, с которым он сознательно был знаком когда-то, но, возможно, забыл.

Если стихотворение, или любое произведение искусства, это гейзер Бессознательного, как Кроули писал в Предисловии к Городу Бога, тогда эта Книга Закона должна представлять восхождение на поверхность могущественных образов и аффектов из его Бессознательной психики.

После письма, которое он написал в 1905 году Джеральду Келли после провала экспедиции на Канченджунгу, мы видели, что он был сыт по горло почти всем, к чему до сих пор прикасался. В результате он теперь хотел чего-то неистового и энергичного в своей жизни, какого-то убийства или изнасилования, или чего-то столь же драматичного и жестокого. Хотя и написанное примерно через год после диктовки Книга Закона, которую он к тому времени отверг, это письмо дает нам четкое понимание того, что его тревожило. Оно представляет некоторые из корневых необузданных конфликтов и архетипических движений глубоко в бессознательных уровнях его психики.

Хотя он якобы отказался от этой книги, в его дневниках 1906 года, написанных сразу после эпизода в Китае, есть интересная ссылка, которая указывает на то, что в итоге она занимала значимое место в его сознании. Письмо 1905 года Джеральду Келли не называет Книгу Закона, но 30 апреля 1906, через несколько дней после того, как он покинул Шанхай, он написал: «Это поразило меня – в связи с прочтением Блэйка – что Айвасс, и т.д. «Сила и пламя» - это та самая вещь, которой мне недостает. Моя «совесть» на самом деле является препятствием и заблуждением, будучи пережитком наследственности и образования».

Это озаряющее признание. В детстве он был застенчивым и робким, независимо от того, как появились эти невротические черты. Его раннее религиозное воспитание, несомненно, способствовало развитию необычайно жесткого супер-эго или совести. В его последующем восстании против христианства, он, должно быть, стремился обрести качества и характеристики, диаметрально противоположные своим собственным. В Книге Закона это желание исполнилось. Проще говоря, это проявление из его бессознательной психики представляет, среди прочего, колоссальное исполнение желаний. Или, если следовать Юнгу, она представляет собой бессознательную компенсаторную реакцию на сверхтяжелую сознательную установку. Поскольку она была бессознательной, она была такой же экстремальной, как сознательная установка, и никакое равновесие не могло быть достигнуто до тех пор, пока они не видоизменят друг друга.

Если он действительно хотел «богохульства, убийства, изнасилования, революции, всего чего угодно, плохого или хорошего, но сильного», как он утверждал в своем многозначительном письме Келли, то все, что я могу сказать, это то, что он получил это. Ибо эта Книга, которую он написал, содержит все это – и даже больше!

И письмо к Келли, и эта Книга выражают все разочарование и горечь его жизни, на которую он реагировал как сознательно, так и бессознательно со всем насилием, презрением и яростью, на какие он был способен, с одной стороны; и с возвышенностью, величием и изысканностью с другой. Книга зримо воплощает все противоречия и внутренние конфликты, на какие он был способен, и которые разрывали его. Хотя он категорически отрицает, что имеет какое-либо отношение к ее содержанию и созданию – возможно, это может быть верным на сознательном уровне – если Айвасс приравнивается к его бессознательному Я, тем не менее, это его Книга и его Закон.

Где-то в 1907 году, когда Кроули достиг высот писания о своем мистическом опыте, он создал книгу Конкс Ом Пакс, в третьей части которой он писал:

«Но давайте рассмотрим совершенного человека… Он живет (и это правда) в Кетер; но его ум и тело, совершенные сами по себе, работают, как бы, автоматически, на своем собственном плане. В настоящем, я совершенно не осознаю ритма пульсации моего сердца; это даже не иллюзия! И все же, оно сохраняет свое справедливое отношение к другим иллюзорным вещам. Поэтому, без сомнения, адепт совершенно не осознает действий и мыслей, совершаемых им, действий и мыслей, которые кажутся подразумевающими сознательный акт».

Здесь возможен вывод, что адепт может совершать огромное число вещей, не уделяя им должное внимание. У него есть обученный набор проводников, которые продолжают функционировать, каждый по-своему, и каждый на своем собственном уровне, не нуждаясь в сознательном внимании от него. Другими словами, человек Кроули вполне мог быть только одним из более или менее хорошо действующих проводников Айвасса – Священного Ангела Хранителя. Написание Книги Закона требовало лишь некоторого временного внимания со стороны писца Алистера Кроули, чтобы привести его в соответствие с тем, что делал Айвасс на другом, психо-духовном уровне.

Обсуждая Книгу Закона, следует помнить два важных факта.

1. После просветления на Цейлоне Кроули практически прекратил все виды оккультной практики.

С момента его женитьбы на Розе, или, точнее, со времени его дхьяны на Цейлоне двумя годами ранее, он устал от своих мистических амбиций. «Он покинул все, чего достиг. Прозрения Каббалы были оставлены позади с улыбкой на его юношескую глупость; магия, по правде сказать, никуда не вела».[3] Мы должны помнить, что это его заключение, связанное с его понятиями магии, предшествуют 1903 году. Это абсолютно не имеет отношения к тому, чего он достиг через три года, в 1906, после призывания Авгоэйдов, ни к его самадхи в 1909 году. «Йога стала психологией. Для решения своих изначальных проблем вселенной он обратился к метафизике; он посвятил свой интеллект культу абсолютного разума». Чтобы исправить эту ситуацию, потребовался опыт перехода через нижние границы Китая в тайном безумии, о котором уже упоминалось. Там он был униженно поставлен на колени с осознанием того, что разум сам по себе не способен решить великие проблемы Вселенной. Под Бездной, в царстве так называемого практического, в мирских областях науки, торговли и промышленности, это прекрасный точный инструмент – и на этом все.

Он снова занялся Кантом, Хьюмом, Спенсером, Хаксли, Тиндаллом, Маудсли, Манселом, Фиштом, Шеллингом, Гегелем и многими другими; в то время, в том, что касается его жизни, разве он не был человеком? У него была жена; он осознавал ответственность перед своим народом и перед своим собственным наследием древних. Он был путешественником и спортсменом; очень хорошо, пусть так. Таким образом, мы находим, что с ноября 1901 года, он не совершал никаких практик до Весеннего Равноденствия 1904, за исключением случайной недели летом 1903 и показной игры в Магику в Королевской Зале Великой Пирамиды в ноябре 1903… Мы находим его взбирающимся в горы, катающимся на коньках, занимающимся рыбалкой и большой охотой, выполняющим супружеские обязанности; мы находим, что он действовал с антипатией ко всем формам духовной мысли и работы, что знаменует разочарование.

Такой была его точка зрения в то время.

2. Его жена Роза нисколько не интересовалась его интеллектуальными или духовными занятиями.

Какими бы правдивыми ни были эти факты, следует иметь ввиду: то, что стало истинным многие годы спустя, могло быть также получено и в 1904 году. Кроули чувствовал себя вынужденным использовать любое средство, чтобы развить скрытую способность ясновидения в любой женщине, с которой он жил. Его методы были ни чем иным, как либеральным использованием алкогольных возлияний и сексуальной активности, доведенной до сознательного истощения. Годами позже, Роза стала алкоголичкой, и по всей видимости, по этой причине, Кроули развелся с ней. Интересно, не было ли это отчасти вызвано его опекой?

Ему еще предстояло узнать, что история Валаама и его пророческой ослицы может быть дословно правдивой. Ибо великое Послание, которое явилось ему, пришло не через уста некоего человека, претендующего на знание того или иного рода, но через пустоголовую светскую женщину.

Кроули сделал все возможное, чтобы сказать нам, что она была глупа. Я предполагаю, что он сделал это отчасти для того, чтобы оправдать свое написание для нее порнографической литературы, но помимо этого, чтобы сделать еще более впечатляющим ее приступ психической восприимчивости в Каире. Кроме того, в одной из цитат, приведенных мною из Исповеди, он, по-видимому, рассматривал всех женщин по интеллекту ниже его, и поэтому глупыми. Тогда, возможно, она не была столь глупа, как он хотел, чтобы мы верили. Тем не менее, это предположение не очень помогает в том, что касается данной Книги.

Когда Роза начала говорить, что «они ждут тебя», он, возможно, сначала отнес этот вид безумной речи к той разновидности сумасшествия, которую он приписывал менструирующим и беременным женщинам. Но когда она начала использовать ключи в его собственном магическом шифре, о которых, теоретически, она ничего не могла знать, он вынужден был привстать и обратить на это внимание.

Возможно, конечно, что Роза просмотрела некоторые из его записных книжек, где он делал таблицы и классификации символов и мифологий, которые однажды увидят свет как Liber 777. Подобно большинству замужних женщин, возможно, она научилась тихо сидеть, в то время, как ее муж использовал ее в качестве хорошего слушателя и резонатора для своих собственных размышлений. Вполне возможно, что она слышала, как он говорил так же, как писал ее брату после злополучного предприятия К-2. Кроули никогда не умел держать свое мнение при себе и хранить секреты. При столкновении с Нойбургом, даже демон Хоронзон обвинял Кроули в том, что тот слишком много говорит. Поэтому, за годы их супружества Роза, должно быть, слышала, как он говорит очень много всего о своем отношении к жизни, магии и всем прочем.

Но это не помогает нам понять, почему во время путешествия в Музей Булак в Каире, она привела его к выставочному шкафу с номером 666, который имел для него значение, или почему она выбрала Гора из всех возможных Египетских Богов в качестве главного гения событий, которые должны были произойти. Что еще более примечательно, что после завершения трех дней диктовки, Розе пришлось заполнить пару пустых мест для слов, которые Кроули не расслышал правильно!

Похоже, что она играла временную роль медиума в этих эпизодах психических феноменов 1904 года, и что Кроули слышал «прямые голосовые» сообщения вместе с другими аналогичными экстрасенсорными явлениями. Целый ряд вопросов остается без ответа.

Он действительно вел дневник во время начальных фаз этого цикла, но записи совершенно неясны. Его память не давала ни единого ключа к способам их расшифровки. Тем не менее, пара записей наполнены смыслом, в том или ином направлении, как мы увидим. Например:

«Фев. 7. Суэц

Фев. 8. Причалили в Порт Саид

Фев. 9. В Каир

11. Видели b.f.g.

b.f.b.

Фев. 19. В Хелуан, как Восточный Деспот

Мар. 22. X.P.B. (далее слово предположительно на арабском – прим. перев.)

E.P.D. в 84м.

24. Снова встретил (то же самое арабское слово – прим. перев.)

25. 823 Таким образом

461 ” ” = p f l y 2 b z

218

Я все это время цитировал из дневника по двум очень важным причинам. Символы выше представлены арабским письмом. Транслитерированные, они произносятся AJIHA (АДЖИХА – прим. перев.). Специалист по восточным языкам из Калифорнийского университета уверяет меня, что это слово, если это слово, не арабское. При таких обстоятельствах, очевидно, что в 1904 году это должно было иметь какое-то личное значение для Кроули. В примечании к Эквиноксу VII говорится: «Пусть это и запись от 24 марта, что относится к брату А:.А:. кто его нашел?»

Таким образом, вся запись по-прежнему остается загадкой. Однако, делая ссылки на Эквинокс VII и на его воспроизведение в Равноденствии Богов, я столкнулся с другим примером, непосредственно перед этим текстом, который может иметь здесь некоторое значение. CHIOA (Чиоа) – это ивритское звучание для Зверя, и мы узнали, что в Каире Кроули использовал это слово в сочетании с Khan (Хан), восточным почетным званием. Более того, он переставил некоторые буквы в этом слове, чтобы сделать из него ACHIHA (Ачиха), которое, как он говорит, также означает Зверь. ACHIHA (Ачиха) и AJIHA (Аджиха) не слишком расходятся по значению, и при транслитерации даже дотошный переводчик может позволить себе пренебречь разницей. Мы знаем, что у Кроули был в Каире, тот, кто учил его арабскому. Но когда он через несколько лет стал писать эту секцию в Эквиноксе, почему он не транслитерировал это как раньше? Он забыл арабский?

Даже если предположить, что они равнозначны, это не приближает нас к решению. Ибо если Кроули написал в своем дневнике, что он встретил зверя, то кого он имел ввиду? Разве он сам не был Зверем? Или это означает, что он был получателем видения или какого-то другого психического опыта, в котором он встретился лицом к лицу со своим Ангелом, которому он дал имя Зверя 666? И также что сам Кроули был всего лишь его носителем или агентом?

На сегодняшний день ответа нет. Решение этого набора загадочных ссылок все еще должно быть найдено когда-то в будущем.

Вторая причина для подробного цитирования из дневника 1904 года следующая. В Книге Закона один из стихов во второй главе дает целую цепочку из букв и цифр, которые на сегодняшний день совершенно бессмысленны. Сам Кроули не имел ни малейшего представления, о чем они говорят.

«Да! Услышь цифры и слова: 4 6 3 8 А В К 2 4 А L G M O R 3 Y X 24 89 R P S T O V A L»

И он продолжает спрашивать:

«Что это значит, О, пророк? Ты не знаешь; и никогда не узнаешь. Но следом за тобой прийдет тот, кто разъяснит это».

Впоследствии Кроули не мог расшифровать буквы и цифры, которые он написал в своем собственном дневнике 1904 года. Очевидно, что тогда они имели значение, но с тех времен оно было забыто. Ни медитация, ни другие формы психических исследований ни сделали его способным вспомнить это значение, даже после того как он отказался дальше бунтовать против той роли, которую должен был играть, как это описано в Книге Закона. Но в этом случае мы не должны ожидать, что подобный тип стиха в Книге Закона с их буквами и цифрами будет более или менее значимым, чем его собственные дневники, которые он сам позже не смог расшифровать. Он был автором и того, и другого, и обе вещи были для него загадочны.

16 марта, по всей видимости, он использовал старый Ритуал Нерожденного, дорогой его сердцу, как я говорил много раз. На следующий день, как сообщает запись, появился Тот.[4] Здесь сложно уловить суть, потому что нет необходимой связи между Ритуалом Нерожденного и инвокацией Тота. Возможно, что-то ускользнуло от внимания и пошло не так. Я буду использовать метод Кроули для описания этой ошибки. Предположим, я решил пойти в деловой район города в Гражданский Центр; который будет к Востоку отсюда. Позже я обнаруживаю, что оказался на пляже, находящемся на Западе. Как бы ни был прекрасен прибой и закат, это не то место, куда я хотел пойти. Что-то пошло не так, и меня не умиротворит изображение живописного чуда пляжа. Подобным же образом, как бы ни был чудесен Тот, его не призывали. Я озадачен. Если только в то же самое время не происходила инвокация Тота, о которой не было упомянуто.[5]

Как бы там ни было, 18 марта ему было сказано призвать Хори (то есть, Гора) по-новому.

«Вероятно, именно в этот день П. перекрестно допрашивал У. касательно Гора. Только поразительный характер ее отождествления с Богом, несомненно, заставил бы его потрудиться повиноваться ей. Он помнит, что согласился подчиниться ей только чтобы показать ей, какая она глупая, и он насмехался над ней, говоря, что «ничего не произойдет, если ты нарушишь все правила».

Поэтому здесь мы вставляем короткую заметку Бр. П. о том, как У. узнала Р.Г.Х. (Ра Гор Хуита).

Этот фрагмент взят из Равноденствия Богов, довольно позднего издания, хотя большая его часть состоит из длинных выдержек из других его произведений.

1. Сила и Пламя (я попросил ее описать его нравственные качества).

2. Темно-синий свет (я попросил ее описать условия, вызванные им. Этот свет совершенно невозможно спутать ни с каким другим, он уникален; но, конечно, ее слова, несмотря на ясное его описание, могли в равной степени относиться и к чему-то другому).

3. Гор. (Я попросил ее выбрать его имя из списка десяти, набросанных наугад).

4. Узнала его фигуру, когда та была показана. (Это относится к поразительной сцене в Музее Булак, которая будет рассмотрена подробно.)

5. Узнала мои прошлые отношения с Богом. (Это означает, я думаю, она знает, что я занимал его место в храме, и т.д., и что я не однажды призывал его.)

6. Узнала его врага. (Я спросил, «Кто его враг?» Ответила, «Силы вод – Нила». У. была неизвестна египтология – и что бы то ни было еще.)

7. Узнала его прямую фигуру и ее цвет. (Шанс 1/84.)

8. Узнала его место в храме. (Шанс, по крайней мере, 1/4.)

9. Узнала его оружие (из списка 6.)

10. Узнала его планетарную природу (из списка 7 планет.)

11. Узнала его число (из списка 10 чисел.)

12. Выбрала его из (а) Пяти (б) Трех индифферентных, т.е., произвольных символов. (Это означает, что я решил в своем уме: выбор D из A, B, C, D, и Е – означает его, и что затем она сказала D.)

Чтобы провести тест 4, Бр. П. взял ее в Булакский Музей, который они ранее не посещали. Она прошла мимо (как П. отметил, с молчаливым ликованием) несколько изображений Гора. Они пошли вверх по лестнице. Вдалеке стоял стеклянный ящик, слишком далеко, чтобы можно было узнать его содержимое. Но У. узнала его! «Там,» - воскликнула она, «Он там!»

Бр. П. подошел к ящику. Это было изображение Гора в форме Ра Гор Хуита, нарисованное на деревянной стеле 26-й династии – и экспонат был под номером 666!

(И после этого прошло пять лет до того, как Бр. П. был вынужден подчиниться!)

Эта Стела Откровения, как он стал называть ее, сыграла ведущую роль в жизни Кроули после диктовки Книги Закона. В ней было важное послание для него. У него была копия, сделанная с оригинала в Булакском Музее, и она сопровождала его, куда бы он ни пошел. Некоторые из его самых восторженных учеников либо сделали копии аналогичным образом, либо установили цветные обрамленные репродукции из Эквинокса. Об этом говорится в Книге Закона. Некоторые из стихотворных переводов египетского текста стелы были включены в тело Книги Закона, как предписано, видимо, для экономии времени. Именно на этой Стеле упоминается имя Анкх-ф-н-Хонсу, жреца князей. Ящик, в котором он находился, был под номером 666. Кроули пришел к выводу, что это было его имя в прошлой инкарнации.

Уарда Провидец, или У., как он предпочитал называть Розу в то время, побудила его исполнить магическую церемонию инвокации Гора. Вопреки своим знаниям и навыкам и для того, чтобы обойти разум, он должен был сделать это совершенно неортодоксальным способом, нарушая все технические правила, которые обычно преобладали. «Это должно быть исполнено, - сказала Уарда, - перед окном, выходящим на Восток или Север, без благовоний. Комната должна быть заполнена драгоценностями, но носить можно только бриллианты. Меч, неосвященный, 44 жемчужные бусины для чтения на четках. Встань. Яркий дневной свет в 12.30 полудня. Запри двери. Белые одежды. Босые ноги. Будь очень громким. Суббота. Используй знак Апофиса и Тифона».

Я хочу процитировать абзац, который Кроули или Фуллер первоначально написали как предисловие к переизданию Ритуала Гора. Она дана здесь потому, что, несмотря на все утверждения об обратном, объясняет некоторые идиосинкразии, содержащиеся в Книге Закона. «Рукопись этого ритуала несет в себе множество внутренних следов того, что была написана в стремительной спешке и оставлена неперепросмотренной, за исключением, возможно, единственного взгляда, брошенного на нее. В ней есть ошибки в грамматике и орфографии, самобытные и не характерные для рукописей Бр. П.; использование заглавных букв нерегулярно, и довольно заметно не хватает пунктуации.» (курсив мой – И.Р.)

Ритуал, о котором идет речь, не будет приведен здесь полностью, но позвольте мне привести несколько любопытных маньеризмов фразеологии, которые можно в нем найти.

Моя вера в Тебе; неужели я буду смущен? Это

Ритуал Искусства: эта сорок и Четырехкратная Инвокация; Это Жертвоприношение Крови – их я не понимаю…

Но почему?...

Хватит! Я обращаюсь к Твоему Обещанию…

Приветствую! Ты, кто носит Жезл Двойной Власти!

Тебя, Тебя я призываю! Ты, в присутствии которого проливается

Тьма Синего Света…

Прежде всего, в связи с вышеизложенным фрагментом, начиная «Рукопись этого Ритуала», позвольте мне привести другой фрагмент, написанный Кроули в Равноденствии Богов:

«Сравните с этой Книгой мои “шутки”, где я делаю вид, что редактирую рукопись другого; “Алиса”, “Амфора”. “Облака без воды”. Наблюдайте в каждом случае техническое совершенство “обнаруженной” или “переведенной” рукописи; гладкое, профессиональное, замысловатое искусство и ремесло Бывшего Мастера Работника; обратите внимание на детально разработанный тон и стиль предисловий, а также на старательное создание личностей воображаемого автора и воображаемого редактора.»

Эти два пункта следует хорошо запомнить, так как в следующем абзаце, который будет процитирован, мы сможем уловить верное направление движения.

«Я могу заметить, что я не оставил бы такого очевидного основания для обвинения, как это, если бы я подготовил рукопись, чтобы она выглядела красиво для критического взгляда; и я не оставил бы таких странных дефектов грамматики и синтаксиса, изъянов ритма и неуклюжести фраз. Я не стал бы печатать отрывки, одни бессвязные и непонятные, другие отталкивающие для разума своим абсурдом, третьи – своей варварской свирепостью отвратительные для сердца.»

Это не совсем так. Некоторые из так называемых священных книг характеризуются именно такими отрывками, некоторыми бессвязными и непонятными, некоторыми отвратительными для разума своей абсурдностью и их резкими распутными свойствами, как я ранее называл это. Например, рассмотрите эти стихи из Liber VII:

12. Я взываю к тебе с кинжалом, приставленным к моему горлу.

13. Пусть струя крови утолит Твою жажду крови, о мой Бог!

Или пара строк из следующей главы той же самой книги:

20. О вы, все жабы и кошки, радуйтесь! Вы, скользкие твари, идите сюда!

21. Танцуйте, танцуйте для Господа Бога нашего!

И снова:

51. Они притягивают своего сияющего Бога к земле в сетях; они разводят костер Богу Огня, и выкрикивают нечестивые слова, даже ужасное проклятие Амри мараца мараца, атман деона ластадца мараца мараца – маран!

52. Затем они готовят сияющего Бога и проглатывают его целиком.

Затем Кроули продолжает добавлять:

«Я не должен был допускать такой неразберихи в теме, таких резких рывков от предмета к предмету, беспорядка, опустошающего разум своей бессвязной неряшливостью. Я не должен был терпеть диссонансы, дребезжащие и неровные по своей манере, такие, как когда за возвышенным панегириком Смерти следует сначала шифр, а затем пророчество, а перед этим, не переводя дыхания, автор прыгает к предельному великолепию мысли, как мистической, так и практической, на языке столь лаконичном простом и лирическом, что это ошеломляет само наше изумление. Я не должен был произносить “Ай” “Да”, или соглашаться с ужасом ‘abstruction’ (слово obstruction – анг. помеха – прим. перев.

Как бы то ни было, и несмотря на решительное заявление Кроули, что «Я совершенно неспособен, даже будучи очень вдохновленным, к такому английскому языку, который я снова и снова нахожу в этой Книге», есть много точек сходства с его другим вдохновенным письмом, и есть много мест, где можно обнаружить собственную руку Кроули, хотя мы должны были признать, что он не осознавал этого.

Книга догматически приказывает: «Не меняй ничего, даже стиль букв». Есть несколько стихов, где обычно читатель испытывает склонность к небольшому редактированию. Он чувствует, что, несмотря на изначальное предположение, что Книга была продиктована высшим Ведомством, гораздо более вероятно, что Кроули, как писец, случайно написал точку с запятой не в том месте – и так далее.

Том VII Эквинокса дает поразительное подтверждение моего предположения. Он предоставляет фотографическое воспроизведение голографической записи Книги Закона. За ним следует первая попытка Кроули прокомментировать Книгу, как ему советовали сделать. На странице 397 этого особого издания Эквинокса, он написал, как часть комментария, «пунктуация этой Книги была выполнена после ее написания».

Если это так, то его пунктуация, добавленная позже, не является неотъемлемой частью продиктованного содержания Книги. Поэтому ее веление «не менять ничего, даже стиля написания букв» может и не оставаться в силе ни для более поздних изменений, ни для пунктуации. Есть также и другой стих (II, с. 54): «Знаки препинания ставь, как ты хочешь; буквы? Не меняй их ни по стилю, ни по величине!»

«Я даю невообразимые радости на земле: уверенность, не веру, во время жизни, после смерти; невыразимый мир, покой, экстаз; и я ничего не требую в жертву». Казалось бы, наиболее очевидно, что фраза «во время жизни» должна немедленно сопровождаться точкой с запятой, а не запятой. Тогда бы это читалось: «после смерти – невыразимый мир…» и т.д. Но Кроули не осмелился изменить одно на другое. (На мой взгляд, возможен следующий вариант перевода, где пунктуация соответствует смыслу: ‘… уверенность, не веру – как в жизни, так и в смерти; невыразимый мир, покой, экстаз…’ – т.е., все эти ценные качества даются и в том, и в другом состоянии. – прим. перев.)

«Я огонь, что пламенеет в каждом сердце человека» казалось бы, указывает на то, что из-за скорости переписывания слово ‘каждом’ было ошибочно помещено перед ‘сердце’ вместо того, чтобы перед ‘человека’.

‘Но почему?’ Это стих 13, главы II. Как мы уже видели, Кроули использовал эту любопытную фразу в Ритуале, хотя она первоначально использовалась в одном из Енохианских Призывов. В другом месте, в одном из комментариев, он признает, что ему не нравится непосредственное соседство таких слов. Это беспокоило его. Но он использовал их.

«Вы, даже вы, не знаете этого значения всего.» Слово ‘всего’ переставлено? Не должно ли оно стоять перед ‘этого’?

Стих 72 Главы III. Здесь был пробел. Видимо, он не услышал продиктованных слов. Позже этот пробел был заполнен Розой. «Я Господин Двойного Жезла Силы; жезла Силы Coph Nia - .» На первый взгляд кажется, будто это могло быть еврейское слово для Ain Soph, Бесконечного. Кроули, конечно же, знал его. И неправильное расположение его букв выглядит так, как будто это сделал кто-то, не знавший ни направления написания еврейских букв, ни их значения.

Кроули совершенно не одобрил бы эту дискуссию и анализ относительно Книги Закона. Вскоре после периода Чефалу он установил некоторые строгие правила, которые рассматривали любого, кто обсуждал эту Книгу, как центр чумы. Возможно, это было связано с его разочаровывающим опытом с одним Братом – Ахадом в Америке, а Лия Хирциг и Норманн Мадд манипулировали и извращали пророчества, подразумеваемые в этой Книге. За это они, так сказать, были выброшены во тьму внешнюю. Именно тогда он произнес изречение, чтобы рассматривать всех, кто обсуждает эту Книгу, как очаг чумы, а значит, избегать их.

Мне часто приходило в голову, что, поскольку Алистер Кроули был воспитан с привкусом Библии во рту, стих в Liber Legis «Не меняй ничего, даже стиля написания букв» должен иметь исток в той же книге, которая дала ему его почетный магический титул, Зверь. И конечно же, он там, в Книге Откровения, 22, стихи 18-19. Эти стихи запрещают кому-либо добавлять или изымать из слов этой книги пророчеств, под страхом божественных наказаний. Он часто читал эти стихи в детстве, и они, должно быть, глубоко повлияли на него, оставив неизгладимые следы, которые всплыли, когда сама Книга просочилась из глубин.

С другой стороны, Книга содержит неисчислимые пассажи возвышенной красоты, благородства, несравненной силы и величия. «Трансцендентальная точка зрения» часто показана с точностью и ясностью.

Вот один из самых длинных стихов Книги:

«Но всего лучше – это любить меня: если под звездами ночи в пустыне, ты возжигаешь мой фимиам передо мной, призывая меня с чистым сердцем, и Змеиным пламенем внутри, ты вскоре прийдешь возлечь на моей груди. За один поцелуй тогда ты пожелаешь отдать все; но кто бы ни дал крупицу пыли, все потеряет в тот же час. Вы будете собирать блага и сокровищницы женщин и специй; вы будете носить роскошные драгоценности; вы превзойдете все народы на земле в величии и гордости; но всегда во имя любви ко мне, и так вы придете к моей радости. Я настоятельно прошу вас представать передо мной в одной лишь мантии и богатом головном уборе. Я люблю тебя! Я томлюсь по тебе! Бледная или багряная, сокрытая вуалью или сладострастная, Я, кто есть все удовольствие и царственная красота, и опьянение сокровеннейшего чувства, желаю тебя. Надень крылья, пробуди в себе свернувшееся кольцами великолепие; приди ко мне!»

Некоторые другие, разбросанные по трем главам:

«Я – Змей, что дарует Знание, Наслаждение, и светозарную славу, и распаляет хмелем сердца людей. Во имя мое, вкушайте вино и диковинные зелья, о которых я скажу пророку моему, и опьяняйтесь ими! Не принесут они вам вреда. Это ложь, это безумие против самих себя. Демонстрация невинности – это ложь. Будь сильным, о, человек! Желай, наслаждайся всем, что волнует чувства и вызывает восторг: и не страшись, что за это какой-нибудь Бог отвергнет тебя.

Я один: там, где Я, там нет Бога.

Узри! Это будут глубокие тайны; ибо есть и отшельники среди друзей моих. Но не помышляй найти их в лесу или в горах;»

Эту часть стиха стоит сравнить с введением к длинному стихотворению верлибру Отшельнический Гимн Одиночеству, который он посвятил монаху Ананда Меттейе, написанный около 1902 года, где он задал вопрос, не может ли он, Кроули, быть более одиноким, более отшельником среди цивилизации, чем монах в уединении, в своем изолированном бирманском монастыре?

Стих продолжается:

«нет, на пурпурных царственных ложах, окруженных ласками восхитительных женщин-львиц, великих статью, - в очах их огонь и свет, пламена их волос облаками объемлют тело; вот где найдешь их. Ты увидишь их во власти, во главе победоносных воинств, и во всякой радости; и будет радость в них самих безмерно более той. Смотрите, чтоб не пойти друг против друга силой, Царь на Царя! Любите друг друга пламенными сердцами; ничтожных же попирайте со всем неистовством и страстью гордости своей, в день вашего гнева.

Слово Закона это Телема.

Да! Не думайте об изменении: вы будете такими, какие вы есть, и не иными. Поэтому цари земли будут Царями навсегда: рабы будут служить. Нет никого, кто был бы низвергнут или вознесен: все всегда так, как и было. И все же, есть мои слуги в масках: может быть, тот нищий – Король. Король может выбирать свою одежду, как пожелает: нет определенного правила: но нищий не может скрыть свою бедность.

О, будь гордым и могущественным среди людей!

Вознеси себя! ибо нет никого подобного тебе среди людей или среди Богов! Вознеси себя, О мой пророк, ростом поднимешься ты выше звезд. Они будут поклоняться твоему имени, четырехугольному, мистическому, чудесному, числу человека, и имени дома твоего 418.

Есть четверо врат в один дворец; пол в этом дворце из серебра и золота; там есть ляпис лазурь и яшма; и все редкие ароматы; жасмин и роза, и эмблемы смерти. Пусть он встанет на полу дворца. Неужели он не утонет? Амм. О! воин, если твой слуга утонет? Но есть средства и средства. Итак, будьте добры: одевайтесь все в прекрасные наряды; ешьте богатую пищу и пейте сладкие и игристые вина! Также, примите свою долю и волю любви, как изволите, когда, где и с кем изволите! Но всегда во имя мое.

За испытаниями ты будешь следить сам, за исключением только слепых. Не отказывайся ни от кого, но ты узнаешь и уничтожишь предателей. Я есть Ра-Гор-Хуит; и я владею могуществом защитить моего слугу. Успех – свидетельство твое: не спорь; не извращай; не говори слишком много! Тех, кто пытается заманить тебя в ловушку, свергнуть тебя, тех атакуй без жалости и пощады; и уничтожай их полностью. Быстро, как попираемый змей, повернись и ударь! Будь еще более смертоносным, чем он! Тащи вниз их души к ужасным терзаниям: смейся над их страхом; плюй на них!

Я – Воин Владыка Сороковых; Восьмидесятые трепещут и пресмыкаются передо мной. Я приведу вас к победе и радости: Я буду в ваших армиях в битве, и убийство будет вам в радость. Успех – ваше доказательство; храбрость – ваши доспехи; ступайте, вперед, вперед, в моей силе; и ничто не заставит вас повернуть обратно!

Эта книга должна быть переведена на все языки: но всегда с оригиналом в написании Зверя; ибо в случайной форме букв и их положении одной к другой: в них заключены тайны, которые не может разгадать ни один Зверь. Пусть он не ищет попыток: но за ним прийдет тот, я не скажу, откуда, кто откроет Ключ ко всему этому. Тогда эта нарисованная линия является ключом: тогда этот круг, возведенный в квадрат в своем падении, также является ключом. И Абракадабра. Это будет его ребенок, и это странно. Пусть он не ищет сего; ибо только так он может отпасть от этого.»

В этой Книге много и других пассажей, диких, полных презрения, неистово яростных, и совершенно лишенных милосердия или сострадания. Я выберу некоторые стихи здесь и там, чтобы представить эти настроения.

Глупцы те, кого обожествляют люди: и их Боги, и их люди – глупцы.

Ибо эти глупцы людские и их стенания нисколько не заботят тебя! Мало они чувствуют; да и то, что есть, уравновешивается вялыми радостями; но вы – избранные мои.

Они мертвы, эти люди; они не чувствуют. Мы не для слабых и убогих: владыки земли – наши родственники.

У нас нет ничего общего с отверженными и непригодными: пусть они умрут в своих страданиях. Ибо они не чувствуют. Сострадание – это порок царей: подавить несчастных и слабых: это закон сильных: это наш закон и радость мира.

В Исповеди Кроули описывал инцидент где-то на Востоке, когда туземца избивали и пытали, я забыл, какого именно. Сначала он был глубоко тронут и впечатлен внешним спокойствием, храбростью и стоицизмом мужчины. Но впоследствии он пришел к тому, чтобы пересмотреть эту точку зрения, полагая, что не все виды нервной системы непременно похожи. Не было основания полагать, что нервная система этого туземца была столь же чувствительна, как, например, его собственная. Или что этот местный житель чувствовал боль так же остро, как Кроули. Только таким образом он мог понять и объяснить мучения и суровые испытания, через которые проходят некоторые люди, не падая духом и не поникая головой. Их переживание боли и страданий приглушено, будь то обусловлено их жизнью или структурой сознания, не имеет значения. Это было осознание, которое, возможно, оставалось спящим, чтобы затем проявиться в таких фрагментах Книги Закона, как выше.

Продолжая данную тему:

Во мне есть великая опасность; ибо кто не понимает эти рунные письмена, претерпит великую потерю. Он упадет в яму, что называется Потому Что, и там он погибнет с собаками Рассудка.

Ныне проклятие на Потому Что и на его родне!

Да будет Потому Что проклято навсегда!

Если Воля останавливается и кричит Почему, призывая Потому Что, тогда Воля прекращает двигаться и ничего не делает.

Если Сила спрашивает Почему, тогда Сила – это слабость.

Также и рассудок – это ложь; ибо есть фактор бесконечный и непознанный; и все их слова искажены.

Довольно Потому Что! Пусть катится ко всем псам!

Есть вуаль: и та вуаль черна. Это вуаль скромной женщины; это вуаль скорби, и покров смерти: это не от меня. Сорвите этот лживый призрак столетий: не скрывайте своих пороков за добродетельными словами: эти пороки – служение мне; вы делаете хорошо, и я вознагражу вас здесь и впредь.

Поэтому остерегайтесь! Любите всех, ведь возможно, что среди них скрывается Царь! Говоришь ли ты так? Глупец! Будь он Царем, ты бы не смог навредить ему.

Поэтому бей крепко и низко, и пусть они катятся к черту, мастер!

Не бойтесь ничего вообще; не страшитесь ни людей, ни Судеб, ни богов, ничего. Не бойтесь ни денег, ни смеха безумной толпы, никакой другой власти в небесах или на земле, или под землей. Нуит ваше прибежище, как и Хадит – ваш свет; и я – сила, мощь, энергия ваших рук.

Изгоните сострадание: будь прокляты те, кто жалеют! Убивайте и терзайте; не щадите; будьте над ними!

Пусть непорочная Мария будет разорвана на колесах: ради нее все целомудренные женщины пусть заслужат полнейшее презрение среди вас.

Все это также во имя красоты и любви!»

Можно встретить много следов влияния Золотой Зари, проходящих через всю Книгу. Простая замена Осириса Гором имеет базовое отношение к Церемонии Равноденствия, когда один набор сотрудников устанавливается, чтобы заменить другой. Бесчисленны в Книге и тонкие ссылки на Каббалу и Таро – все содержимое ума Кроули, материалы, наследуемые из Ордена, который сформировал его жизнь. Это также было на основе одного стиха «Отменяются все ритуалы, все испытания, все слова и знаки», который он написал Мак Грегору Мазерсу, сообщая ему, что Тайные Вожди назначили Кроули главой Ордена.

«Вы против людей».

Это один из анти-демократических подходов, принятых в Книге Закона, рассчитанный на то, чтобы очень встревожить большинство из нас, индоктринированных современными идеями правительства и религии. Это последнее разорвано в клочья Айвассом. Я полагаю, что оправдание для этого простое. Люди, в смысле консервативных масс, против любого шага к настоящему научному или социальному прогрессу. Они свирепо противостоят ему.

По-настоящему великие революционные достижения в искусстве, литературе и науке навлекали на себя только враждебность и сопротивление широкой общественности. Если бы Христос вернулся, он вполне мог быть распят снова. Книга Закона просто в корне меняет это, утверждая, что этот неотесанный монстр «обычный человек» должен быть проигнорирован – и даже поставлен на место. Здесь нет места ни для демократии, ни уважения к обычному человеку. Есть только высокомерное презрение к нему.

В Конкс Ом Пакс есть намек на это, написанный во времена, когда он жил и действовал, почти как если бы Liber Legis никогда не была продиктована. Он говорит о самадхи и ссылается на заблуждение других отдельных существ.

Независимо от того, как он действовал сознательно, очевидно, что содержание этой книги было неотъемлемой частью бессознательной психики Кроули. Для нашей дискуссии не имеет особого значения, была ли она продиктована ему высшим источником, или произросла из его собственных творческих глубин. Написанная однажды, она стала частью его полного снаряжения, независимо от того, осознавал ли он ее существование в какой-то конкретный момент времени.

Например, стих 34 Главы III гласит:

«Но ваше святое место будет неприкосновенным на протяжении столетий; хотя огнем и мечом он будет сожжено и разрушено, и все же, там стоят незримые чертоги; и будут стоять они до падения Великого Равноденствия; когда восстанет Хрумахис, и носитель жезла двойной власти примет мой трон и место. Поднимется другой пророк, и принесет свежий жар с небес…»

В этом красноречивом отрывке содержится прямое указание на конец Эона – того периода времени с его философским мировоззрением, которое и Кроули, и Фуллер стали называть Кроулианством. Ему не нужно было ясно осознавать этот стих из Книги Закона.

(В качестве вводного комментария к одному из наблюдений Саймондса относительно роли Кроули как учителя, следует отметить, что в мифологии Кроули каждый эон длится около двух тысяч лет. Наш нынешний эон, век коронованного и побеждающего ребенка Гора – рассматривается в других мифологиях как Эра Водолея – начался в 1904 году. Если бы Кроули сказал однажды, что через тысячу лет мы будем купаться в вечерней заре Кроулианства, то здесь нет никакой тайны. В соответствии с его планом, другой Эон, с другой социальной формулой и другой концепцией закона, будет готов вступить в действие через пару тысяч лет.)

На сознательном уровне он отверг саму эту книгу по каким-то причинам, имевшим для него значение в то время, но с момента ее написания она стала частью его облика. Таким образом, ее сохранность на уровне бессознательной психики была гарантирована, и когда бы ни возникал случай, она просачивалась в сознание, чтобы он использовал ее, возможно, не понимая, что это действительно происходит.

Бедный Чарльз Р. Кэммелл был совершенно уничтожен Книгой Закона. Кроули когда-то дал ему экземпляр. Некоторые пассажи столь ужасно встревожили Кэммелла, что он был вынужден сжечь ее. Вот что Кэммелл говорил о Книге Закона, и как он пришел к тому, чтобы отвергнуть ее:[6]

«Книга Закона составлена в том стиле образного красноречия, который характерен для пророческой манеры речи. Это манера еврейских пророков, Корана, и большинства других книг пророчеств, с которыми я знаком. Ее субстанция, однако, отлична и своеобразна. Это не Книга Священной Магии, подобная Книге Абрамелина. Яростное и высокомерное презрение к человечеству наполняет ее; но, в то же время, она воплощает дикую и внушающую благоговение справедливость. Разум, стоящий за афоризмами, холоден, жесток и безжалостен. Нет ни милосердия, ни утешения, ни надежды, кроме как на служение этому ужасному посланнику богов Египта. Такова Книга Закона в букве и духе; и как таковая, и с учетом ее способа получения, это документ необычайного интереса. То, что это частично (но только частично) эманация из бессознательной психики Кроули, я могу поверить; так как она несет подобие его собственной Демонической личности. С любопытством и интересом я читал ее, когда она появилась, пока, читая, я не наткнулся на отрывок чудовищного и отвратительного богохульства. Никакие написанные или сказанные слова не вызывали во мне такого гнева и отвращения, как эти. За публикацию этой фразы я так никогда и не простил Кроули. Пусть Бог простит его!»

У меня есть лишь самая туманная идея о характере этого богохульства, так встревожившего бедного Кэммелла. Liber Legis, да и вообще все произведения Кроули содержат богохульства, если мы хотим определить богохульства, как страстные заявления о восстании против доморощенных богов каждого человека и отвержении их, высказанные недвусмысленным языком. Многое из этого озадачивает меня, кое-что немного беспокоит, но я не могу сказать, что его, так называемые, богохульства могли бы привести меня к высшим степеням негодования. Я слишком хорошо знаком с богохульствами, и вообще привык к ним, чтобы реагировать столь эмоционально и инфантильно.

После рассмотрения этой темы вполне возможно, что обвиняемый раздел Книги, который так беспокоил Кэммелла, может быть следующим:

«Я в тайном четырехчастном слове, богохульстве против всех богов человечества.

Прокляни их! Прокляни их! Прокляни их!

Клювом моей Соколиной головы я выклевываю глаза Иисуса, когда он висит на кресте.

Я хлопаю крыльями перед лицом Мухаммеда и ослепляю его.

Моими когтями я вырываю плоть индуса и буддиста, монгола и иудея.

Бахласти! Омпехда! Я плюю на ваши тленные вероучения.»

В каком-то смысле реакция Кэммелла довольно занятная, но жалкая. Он позволил тому, что на первый взгляд кажется богохульством, ослепить его и не дать возможности воспринять более взрослую интерпретацию. В этом случае он имеет некоторое сходство с Гилбертом Хайетом, который вообще не видел смысла в Кроули, но иногда развивал понимание относительно Дзен.

И все же, дзен полон явных богохульств. Возможно, за минувшие годы, они встревожили многих искателей. В то же время, они могли вызвать озарения у некоторых других, которых не так легко было одурачить. Дзен – это прямое указание на истину. Он не основан на священных писаниях или авторитете любого рода. Разве это не то же самое, что Кроули пытался и сказать, и сделать?

Мне вспоминаются некоторые из традиционных Дзен Роши, которые пытались передать чувство духовной независимости и непривязанности к какому-либо авторитету, независимо от его положения или благоговения перед ним. Один из них сказал очень непочтительно, что Будда был великим болтуном! Другой утверждал, что если человек действительно что-то понимает, то он будет мыть рот в течение трех дней после произнесения слова Будда! В знаменитом коане монах задает вопрос: «Что есть Будда?» и получает ответ «Сушеный экскремент».

И, наконец, самый главный номер программы содержится в предписании, что ничто не должно стоять на пути к высшему. Если Будда будет стоять на пути, тогда убей его!

Богохульственно? Кощунственно? Разумеется, эти утверждения таковыми и являются. Все они – богохульства самого возмутительного типа. Богохульства Кроули не больше и не меньше. Однако, они являются богохульствами только для того, кто ценит форму превыше духовного содержания. Они оскорбительны только для тех, кто путает карту с территорией, символ с реальностью, говоря словами Коржибски.

Кроули и его Книга были разрушителями – но только иллюзий и бессовестных обманов, которые приковывают человека к тому, что кажется скорбным миром, частью которого он является.

«Помните, все вы, то существование – это чистая радость: что все печали – это лишь тени; они проходят, и их больше нет; но есть то, что остается.

Повинуйся, мой пророк! Следуй за испытаниями моего знания! Ищи только меня! Тогда радости моей любви освободят тебя от всякой боли. Это так: я клянусь в этом сводом моего тела; моим священным сердцем и языком; всем, что я могу дать, всем, чего я желаю от всех вас.»

Есть примерно три или четыре стиха из этой Книги Закона, которые, с точки зрения Кроули, более важны в практическом плане, чем другие. Когда бы он ни встретил или поприветствовал кого-то, его начальная фраза была: «Делай что изволишь, в этом весь Закон». Вся его переписка начиналась так же! И его постоянная жалоба на это заключалась в том, что люди всегда неправильно цитировали эти слова, и таким образом, позволяли себе вольности, говоря «Делай, что хочешь» и т.д.

Некоторые из других афоризмов следующие: «Любовь есть закон, любовь в согласии с волей». Это был встречный ответ на первое, так что если вас поприветствовали одним, вы отвечали другим. Среди учеников это стало разновидностью ритуала – что-то наподобие того, как мы, не задумываясь, говорим стандартную фразу «Как ты?» и отвечаем «Спасибо, прекрасно!»

«У тебя нет другого права, иначе как исполнять свою волю».

«Слово греха – это ограничение».

«Каждый мужчина и каждая женщина – Звезда».

«Довольно этого Потому что! Пусть оно катится ко всем псам!»

«Сражайтесь как братья!»

Суть этих различных афоризмов, по существу, проста, хотя слишком много писателей и комментаторов высмеивали ее, не пытаясь понять ни то, что сказала Книга, ни то, что прокомментировал Кроули, объясняя ее. Все, к чему относятся эти многочисленные фразы, - это саморегуляция. Каждый здоровый живой организм регулирует свою собственную деятельность на основе гомеостаза, без оглядки на беспочвенные созданные человеком законы или кодексы. Он направляет себя, регулирует себя и поступает в соответствии со своей волей. Таким образом, каждый мужчина и каждая женщина автономны. Как только принимаются обязательные моральные кодексы и делается упор на естественный рост и развитие маленьких детей, автономия исчезает. Вместо этого мы видим человека, охваченного конфликтом, раболепного, больного и невротичного. Все современные системы психотерапии основаны на том, что каждое человеческое существо обладает своей собственной целостностью, своей сущностной индивидуальностью, и что он должен регулировать свое поведение, чтобы оставаться здоровым. Даже эта самая пассивная из всех существующих психотерапевтических систем, недирективное консультирование, основывается на том, что мы не пытаемся вмешиваться в сущностную уникальность консультируемого, давая ему совет, рекомендацию или направление его поведения. Он стремится только отразить поведение консультируемого, как вербально, так физически и социально, чтобы он мог понять, что он не функционирует с точки зрения своей собственной неприкосновенной целостности.

«Делай что изволишь» не имеет другого значения, нежели это. Очень жаль, что игривость и энергичная восторженность Кроули так омрачили его репутацию, что практически никто не уделил времени тому, чтобы попытаться понять и уловить суть того, о чем он говорил. В действительности, это было кристально ясно все время, и провозглашалось другими способами и в других словах многими людьми в разные времена.

Физический организм функционирует на этой основе. Гомеостаз – это закон, регулирующий его активность. Ни один акт конгресса или парламента или любого муниципального правительства не может улучшить то, как он выполняет свои различные функции. Он имеет свои собственные врожденные законы, путем которых и действует. То же самое верно и психологически. Человеку всегда навязывали моральные кодексы, которые пытались сказать ему, как он должен себя вести в тех или иных обстоятельствах, вместо того, чтобы помогать живому человеку действовать спонтанно. Поступая таким образом, человек инстинктивно возвращается к невербальному и нерациональному коду, который позволил организму, как целому, выжить в течение миллионов лет и эволюционировать до его нынешнего состояния. Ни один искусственный моральный кодекс не был ответственен за это. Выживание – это неотъемлемое свойство живого человека.

Райх был еще одним сторонником концепции функции саморегулирования человека. Он утверждал, что если бы младенцу, по существу, не мешали биологически, имея невротические родительские стандарты, насильственно навязанные ему, он мог бы полностью самоопределиться на протяжении всей своей жизни. Впервые познакомившись с этой идеей, большинство людей приходят в ужас, как будто любой человек «отправится в ад», если ему разрешат свободно самовыражаться на животном или биологическом уровне. Я слышал, как родители говорят, что если они позволят ребенку, например, самостоятельно выбирать пищу, она будет состоять исключительно из шоколадок и леденцов. На первый взгляд, это звучит почти, как если бы это было так – пока человек не познакомится с некоторыми основными экспериментальными работами.

Наиболее важным из этих экспериментов, который полностью подтверждает концепцию саморегуляции, и тем самым, доказывает точку зрения спонтанности, является кормление в кафетерии. Однажды была выбрана группа из нескольких детей, начиная от шести месяцев до двух или трех лет. Во время кормления перед ними поставили подносы, на которых содержались небольшие порции различных двадцати или тридцати продуктов. В случае очень маленьких детей, когда они показывали на какую-то пищу, ассистент брал ее ложкой и помогал ребенку поесть. Если он отвергал пищу, выплевывая ее, не предпринималось никаких попыток заставить или уговорить его поесть. Выбор, по-видимому, производился на основе зрительных и обонятельных интересов. По завершении экспериментов, через несколько месяцев, было установлено, что выбор продуктов питания, насколько это касается основных элементов питания, таких, как минералы, витамины, протеины, и так далее, был не иной, чем составил бы эксперт по питанию. Другими словами, ребенок выбирал – его не уговаривали. Не было никакого навязывания авторитарного диктата, неважно, насколько обоснованного или надежного. Ребенку разрешили выбирать на основе природной спонтанности – и он процветал.

Этот факт давно был известен о животных и их биологических нуждах. Однако, в отношении человеческих существ это всегда ставилось под сомнение. Но это сомнение лишь указывает на то, насколько обоснованными были предположения о том, что давление окружающей среды невротической культуры сводит на нет естественную способность к саморегуляции любых и всех биологических функций. То, что было обнаружено в отношении пищи, может быть в равной степени истинно и в большинстве других областей. Если биологическим побуждениям позволено действовать без вмешательства навязчивой морали, они склонны регулировать себя совершенно реалистичным образом. Мораль, как таковая, не требуется. Это результат вытеснения, которое заставляет вторичные, патологические или замещающие влечения выражаться открыто. Эти последние, будучи однажды развитыми, требуют регулирования, дисциплины и, возможно, принудительного подавления. Биологическое ядро всех живых существ веками функционировало исключительно с точки зрения выражения, необходимости и приспособления – выживание было его мотивом. Мораль, принудительное навязывание норм и социальное торможение создают патологических людей, чьи садомазохистские потребности, если их не контролировать, могут привести человечество к полному вымиранию.

Это главный смысл высказывания Кроули «Делай что изволишь, в этом весь Закон». Это означает саморегуляцию и автономию на всех уровнях. «Делай это, и никто не скажет тебе ‘нет’». «А также, примите свою долю и волю любви, когда пожелаете, когда, где и с кем пожелаете! Но всегда во имя мое».

Где-то в другом месте он прокомментировал эту точку зрения по другому.

«И снова “Делай что изволишь”, самая возвышенно строгая этическая заповедь, когда либо произносенная, несмотря на ее кажущуюся вольность, при анализе оказывается действительно “целым Законом”, единственным и достаточным основанием для человеческих действий, самоочевидным Кодексом Праведности, отождествлением Судьбы и Свободной Воли и концом Гражданской Войны в человеческой Природе путем установления Канона Истины, соответствия вещей самим себе, и определяющим каждый его поступок. “Делай что изволишь” – это повеление Звездам сиять, Виноградным лозам приносить виноград, Водам наполнять свои русла; человек – это единственное существо в Природе, которое стремилось вступить в противоречие с самим собой».

Формулировка этого закона в социо-психологических терминах была аналогичным способом предложена Райхом, которого я перефразирую:

Здесь мы имеем дело с решающим вопросом социального формирования культуры. По мере того, как удовлетворение основных потребностей становится фундаментом общества и соответственно, изменяется структура человека, моральное регулирование общественной жизни становится ненужным. Последний пробел, который следует восполнить, лежит не в психологической, а в социальной сфере. Каждый успешный психоанализ автоматически заменяет нравственное регулирование путем саморегуляции, основанной на разумной экономии либидо. Когда многие психоаналитики говорят о “растворении суперэго” посредством психотерапии того или иного типа, мы понимаем, что речь идет об отводе энергии от торможений и замены их естественной саморегуляцией.

Далее Райх добавляет, что индивид, который удовлетворен в своих сексуальных и примитивных биологических, а также и культурных потребностях, не нуждается в морали для того, чтобы контролировать себя. С другой стороны, хронически неудовлетворенный человек страдает от возрастающего возбуждения внутри него, пребывая в поиске разрядки во всех видах анти-социальных и насильственных действий, если только его энергия не окажется перекрыта и абсорбирована моральными запретами.

Одним из наиболее ярких аспектов Книги Закона является то, что ее позиция почти по всем моральным вопросам противоречит принятой современным обществом. Конечно, она находится в прямом противоречии с иудео-христианскими нравами. Вплоть до времени диктовки Книги Закона, эмоциональный импульс Кроули привел его к тому, чтобы бросить вызов и свергнуть основные моральные установки своих родителей, и религию, которой они и их представители учили его. Его жизнь была открытым мятежом. В этом нет секрета или тайны. Это провозглашалось сотни раз в той или иной форме, во всем, что он писал и во всем, что он делал.

В этих обстоятельствах было бы весьма удивительно, если эта Книга – будь она продиктована сверхчеловеческим интеллектом, или сочинена самим Кроули – не заняла бы той же самой позиции. Настоящим чудом в его жизни стало бы, если бы Книга согласилась со всем, против чего он боролся. Но этого чуда не произошло. С заметной страстью Книга вторит основным моральным, социальным и религиозным установкам Кроули, без двусмысленности или сомнения. Продиктованная или созданная, это его Книга.

Это бунтарство, эта неприкрытая потребность шокировать Миссис Гранди, было частью его облика до самого последнего его дня. Насколько рано он начался в его жизни, не становится ясным из его биографии. Но совершенно очевидно, говоря языком психоанализа, что именно это бунтарство уходило своими корнями в его раннюю жизнь, в анальную враждебность. В его истории можно найти не слишком много явных упоминаний об этом этиологическом факторе, но они появляются в результате изучения всего, что он делал. Непрерывная запись о ссорах с его друзьями и коллегами – за исключением Беннета и Эккенштейна; его гомосексуальность, загруженная анальными компонентами; его само-признанная иррациональная злобность; и ссылки здесь и там, в его обширной литературной продукции. Психоанализ здесь более чем полезен.

Что касается его анальных гомосексуальных компонентов, то некоторые из его шуток раскрывают самые глубокие бессознательные тенденции его психики. Одна из его любимых шуток была об английском аристократе, приглашенном в гости к другу на ужин. Когда дворецкий вкатил тележку с жареным молочным поросенком, аристократ пробормотал: «Бедный маленький засранец. Бедная маленькая свинья. Твоя задница зашита. И моя тоже!»

Еще одно излияние бессознательного можно встретить в Книге Лжи. Материал в этой книге, преимущественно, серьезный и глубокий, хотя и парадоксальный. Ради забавы, и чтобы проверить читателя, он бросил в нее несколько непристойных записей. Например, ближе к концу этой самой книги он говорит о китайской еде и замечательном супе из акульего мяса и т.д., который он только что съел. Но это все ничто, по сравнению с тем, что Лайла оставила ему, уходя. Он воспроизвел иероглиф в этом месте, чтобы изобразить это по-настоящему. Мне потребовалось несколько лет, настолько велика была моя наивность, прежде чем я, наконец, сумел его расшифровать. Расшифрованный, он представляет собой 4-буквенное слово, обозначающее человеческий экскремент. Таким образом, он наслаждался собственной шуткой, но изливал на читателя свой собственный мусор.

Его анальные черты, однако, оставили свои психологические черты в разнообразии маньеризмов. Отсутствие у него здравого смысла и дальновидности – лишь два из них. Но нигде они не освещаются так ярко, как в подборке Джона Саймондса, как одного из трех его литературных душеприказчиков. Основополагающая неискренность этого человека, ярко продемонстрированная в первых двух или трех главах презрительного обращения с Магикой Алистера Кроули в толковании Джона Саймондса, казалось, была полностью предназначена для Кроули. Эта книга убедительно показывает, что контакт автора с Кроули содержал, на протяжении всего времени, скрытую иронию, что ему успешно удалось пустить пыль в глаза. Ради чего? Это еще предстоит объяснить.

Здесь также приведено одно из самых парадоксальных характерных свойств Кроули. Рано или поздно он ссорился со своими самыми преданными друзьями и учениками по самым пустяковым поводам, а затем, казалось, отдавал себя, тело и душу, тем негодяям, которые впоследствии оказывались врагами как его лично, так и его дела.

Нельзя сказать, что это вопрос такой важности, которая способна потрясти мир. Но я сильно переживаю по этому поводу, главным образом потому, что многие из моих друзей и других студентов полностью отстранились от чтения чего-либо из наследия Алистера Кроули после знакомства с книгой Саймондса Великий Зверь. Для этих людей книга, казалось, носила настоящий отпечаток подлинности, особенно после того, как они узнали, что Кроули фактически назвал его одним из своих литературных хранителей наследия. Именно эта причина в значительной степени служит одним из моих мотивов для разоблачения Саймондса, а также для того, чтобы убрать Кроули с нелепого пьедестала, на который некоторые из его учеников слишком бездумно поставили его.

Многие его шутки были вставлены в самых неожиданных местах. Например, в сноске, предназначенной для серьезного изложения Магики, есть типичный пример непристойности о Папирусе Ани, иначе известном, как Египетская Книга Смерти. Кроули заметил, что папирус – это ранний источник нашего слова “бумага” и, конечно, Ани относится к анусу. Так что, Книга Мертвых может быть переведена как туалетная бумага!

Есть много других примечаний в Магике, которые являются ни чем иным, как тайными ссылками на гомосексуализм – блестяще замаскированными ссылкой на Орден Восточных Тамплиеров, но, тем не менее, ясно выражающими его анальность.

Некоторые могут опасаться, что эти сведения дерзки и непристойны. Действительно, так оно и есть. Некоторые критики, которые до публикации прочитали этот раздел моей книги, пришли в ужас, опасаясь, что широкая публика отвергнет это, как самую настоящую грязь. Возможно. Для Кроули, помимо бессознательных факторов, они просто не давали любому субъекту стать интеллектуально обременительным и перегруженным. Более того, они служили средством демонстрации единства или тождества высшего и низшего, единства противоположностей. С высшей точки обзора за пределами Бездны, нет надобности выбирать между ними.

Его отношение к деньгам – еще одно хаотичное свидетельство его анальности. В его жизни была полная неразбериха по этому поводу. Сознательно, он был совершенно не способен исправить ситуацию, продиктованную этими инфантильными анальными остатками в Бессознательном.

Мазохистский материал, процитированный гораздо раньше, еще больше раскрывает его анальность: «Я хочу, чтобы … моя душа была Ее отхожим местом.» Однако, большинство его установок гораздо более фаллические, чем анальные.

Когда в тот судьбоносный апрельский день 1904 года была закончена диктовка Книги Закона, Кроули был именно таким. Там было много такого, что по его словам, было ему отвратительно, хотя, что это могло быть, я никогда не узнаю. Он отложил манускрипт в сторону и, по всей видимости, потерял его. Но одно совпадение сменяло другое, пока он не перестал верить, что это всего лишь совпадения. Они представляли собой цепочку событий, по-видимому, связанных какой-то заранее оговоренной неизбежностью, которая заставила его встать в строй и принять на себя бремя ответственности, указанное в Книге. Кроули разработал теорию о том, что Айвасс – будь он Ангелом или сверхчеловеческим интеллектом, членом Третьего Ордена или кем-то еще – мог влиять на ход событий в его жизни тонкими средствами, чтобы вернуть его на путь, которым он должен идти.

Кроули не был ни просто светским человеком, ни выдающимся литератором, ни мистиком значительных достижений. Против своей воли он был преобразован в Человека с Посланием для всего человечества.

Хотя он утверждает, что сознательно отверг эту Книгу, чему есть много доказательств, во всем, что он написал и сделал, есть настоящий поток эгоизма и высоких амбиций научить людей новому образу жизни. И все же, эта отвергнутая Книга сделала, по крайней мере, две вещи. Она льстила его и без того гипертрофированному эго такими стихами, как «Поклонение и Слава Зверю, пророку прекрасной Звезды». Также, она конкретно сказала ему, что он должен исполнять роль учителя для людей.

Его рассказ о непринятии кажется совершенно неправдоподобной историей. Что, пожалуй, может более адекватно объяснить его непризнание Книги, - это два различных и четко определенных факта. Прежде всего, Книга была продиктована ему с позиции психического феномена, которому он совершенно не доверял. Далее, и в довершение ко всему, ему было приказано делать определенные вещи.

Именно это повеление и задело мятежную ноту в его душе. Когда его отец отбыл в мир иной, мальчик Кроули перестал быть послушным и начал бунтовать тем или иным путем. Как упрямый мул, он продолжал процесс восстания на протяжении всей своей жизни, даже когда это уже не было полезным или значимым. Именно присущая ему мятежность заставила его отвергнуть Книгу.

Диктовка Книги не была явлением, произошедшим по его собственной воле. Это было навязано ему; он был просто писцом, инструментом. Я уверен, это не соответствовало всему, что он думал о себе. Именно эти невысказанные доводы, как мне кажется, заставили его отвергнуть Книгу, а не ее содержание. Я не вижу в этой Книге абсолютно ничего такого, что могло бы оскорбить его особую чувствительность в то время. Другой человек, возможно, был бы оскорблен отсутствием в ней милосердия и надежды, ее несомненным порабощением всех тех, кто не был «королями», и ее открытым приглашением к войне и кровопролитию. Но эти вещи не были действительно отвратительны Кроули, даже в то время. Человек, который мог взбираться высоко в горы, ходить на большую охоту, ненавидел христианство, презирал критиков, которые не признавали в нем величайшего поэта со времен Шекспира, и обожествлял секс во всех формах и аспектах, такой человек никак не мог быть возмущен каким-либо содержанием этой Книги. Скорее, я бы сказал, что она прекрасно сочеталась с его собственными взглядами, потому что в действительности она была прямым выражением всего, что он думал и чувствовал.

Кроули всерьез верил, что войны 1914 и 1939 произошли как прямое следствие предшествовавшей публикации Книги Закона. Для него эти события были исполнением ее пророчеств о том, что Земля должна принять крещение кровью, прежде чем сможет получить развитие новый порядок вещей.

Некоторые из его учеников также обращают внимание на то, как радикально изменился мир с начала двадцатого века. Они, кажется, мало знают о литературной, научной или социальной истории, которая склонна связывать эти огромные изменения со многими другими факторами. Например, (а) открытие Фрейдом принципов психоанализа, которое открыло дверь к темным и подавленным обитателям Бессознательного. С тех пор никто не мог обманываться фантазией, что мы цивилизованные люди, когда под поверхностью скрывались ужасные монстры, готовые совершить все мыслимые преступления и зверства.

(b) Нарастающее брожение Карла Маркса, разоблачившего фантазии в социально-экономической сфере, сравнимые с открытием Фрейда в психологической сфере.

(c) Научное открытие Эйнштейна, которое привело к развитию ядерного деления, в результате чего все предыдущие идеи о вооружениях рассматривались как детская игра. Благодаря этому, а также развитию реактивных летательных аппаратов, мир действительно сжался до крошечной сферы. Ни одна точка не удалена от любой другой точки более чем на несколько часов на самолете – и еще меньше на ракете.

Их ответ на это заявление такой, как и следовало ожидать. Это только внешние признаки наступления Нового Эона, описанного Айвассом и записанного Кроули. Ра Гор Кхуит (солнечная форма Гора), как регент этой новой эпохи, олицетворяет силу и огонь, и его пришествие может только омыть эту планету в крещении огнем.

Однако, в 1904 году мало кто мог предсказать быстрое политическое и экономическое разрушение мира того времени и замену его системой, действующей в настоящее время. Книга Закона правильно назвала остановки, и если верить ей, то дальнейшие радикальные изменения в управлении этой планетой в порядке вещей. В этом предположении не может быть никаких сомнений. «Я Воин Властитель Сороковых: Восьмидесятые в уничижении склоняются передо мной». Многие голоса поднимаются, привлекая внимание к холокосту, который, кажется, невдалеке, но никто не располагает готовым ответом или решением, которое можно было бы предложить. Я не знаю, предложат ли защитники Liber Legis окончательные решения, которые выведут нас из нынешнего тупика. Если «Делай что изволишь» это ответ, который она дает, тогда рассуждения о том, как каждое правительство могло бы интерпретировать этот приказ, не выводят нас из нынешнего фиаско.

Относительно этой актуальной темы Кроули написал и опубликовал под одним из бесчисленных псевдонимов, которые он использовал, брошюру, претендующую на научное решение проблем правительства. На первой странице этой книги дается несколько стихов из трех глав Книги Закона, за которыми следует не более десятка кратких, едких комментариев.

Выдающимся среди них является плоское утверждение о том, что средний избиратель в демократии является кретином. Конечно, в этом нет ничего нового, это утверждалось и раньше, сотнями писателей. Для Кроули, этот идиот показывает больше невежества, чем так называемый неграмотный крестьянин. Он живет жизнью чистейшей фантазии, в которой призы от этого соревнования или другого, предоставят ему волшебные средства для осуществления его неудовлетворенных желаний и амбиций. Но у него есть право голоса! Хотя Томас Джефферсон подчеркивал, что хорошо информированные граждане имеют большое значение для благосостояния демократии, он сделал акцент на том, что надо быть таким же умным и хорошо информированным, как он. Факты говорят о противоположном.

Средний гражданин имеет право голоса – и поэтому властолюбивому политику следует обхаживать его. Демагог уже не может апеллировать к божественному праву королей или к какому-то другому архаичному вымыслу, чтобы оправдать подчинение или манипулирование избирателем по его собственным схемам. Другой апелляционный суд сегодня – это наука. Вещи должны быть научными! Даже культисты и фанатики используют это слово и все, что оно подразумевает, как высшую инстанцию суждений. И все диктаторы нашего времени ухаживали за наукой с завуалированными ссылками на историю и на «кровь, расу и землю» и другие псевдо-научные выдумки.

Следовательно, предположил Кроули, проблема правительства заключается в том, чтобы найти научную формулу с этическим смыслом. Эта формула может быть найдена только в Телеме, в законе «Делай что изволишь». Она, сказал он, бесконечно эластична в том смысле, что не определяет, какие конкретно цели желательны в каждом отдельном случае, и в то же время, бесконечно жестка в том смысле, что обязывает каждого человека выполнять ту функцию, для которой он приспособлен наследственностью, окружением, опытом и саморазвитием.

Ловушка здесь, однако, заключается в следующем. Если бы эта формула была принята каждым правительством, то немедленно пришлось бы назначить экспертов для уточнения, когда возникнет необходимость, деталей истинной воли каждого человека и даже каждого корпоративного органа, будь то социальный или коммерческий. Для определения справедливости в случае явно противоречивых требований необходимо организовать судебную систему. «Абсолютное правление государства является функцией абсолютной свободы воли каждого человека». И здесь, я думаю, мы возвращаемся туда, откуда начинали!

Есть несколько стихов из Liber AL vel Legis, которые я должен процитировать, как относящиеся к этой проблеме – хотя я не могу со всей честностью поверить, что проблема таким образом решена.

«Да! Не думайте что-то изменить: вы будете такими, какие вы есть, и не иными. Поэтому цари земли всегда будут царями. Рабы будут служить.

Топчите несчастных и слабых: это закон сильных: это наш закон и радость мира.

Будьте остры и горды, царственны и возвышенны: вы же братья!

Сражайтесь как братья!

Остерегайтесь всякой чужой силы, Царь против Царя.»

Цитаты можно было бы умножать до бесконечности, но я думаю, что это послужит основанием для любого рассмотрения утверждений Кроули о том, что окончательное решение проблемы управления было найдено им – или, точнее, Книгой Закона.

Однако, есть еще один пункт, который может несколько осветить эту запутанную проблему. Во время американского периода, где-то между 1914-19, он написал конституцию для Ордена Восточных Тамплиеров. Кроме одного-двух изолированных студентов, в то время в Соединенных Штатах не было никакого Ордена в буквальном смысле этого слова. Следовательно, конституция, которую он написал, была или фантастической, или подготовительной к тому дню, когда будут пристанища, пожертвования, храмы и т.д. Это идеализированное изложение политики и установок, которые должны преобладать внутри Ордена и управлять им. Таким образом, мы могли бы вывести из этого, что некоторые вариации данной конституции, основанные, как это было даже тогда, на Законе Телемы, будут предписаны им для использования в более крупных национальных, а также международных органах. Это также служит для демонстрации многих его серьезных идеалов, а также его концепции справедливости и дисциплины.

При рассмотрении содержания Главы III Книги, где Айвасс выражает воинственную точку зрения Ра Гор Кхуита, главного гения Нового Эона, невольно поражаешься некоторым сходством. Во-первых, кровожадность Гора во многом не отличается от бескомпромиссного отношения Иеговы в Ветхом Завете. И не следует забывать, что Библия была во всех отношениях единственным литературным произведением, доступным для Кроули, на протяжении многих лет, когда он был мальчиком. Следовательно, его бессознательная психика, должна была оказаться просто перенасыщенной иеговической точкой зрения. Более того, как раз перед диктовкой Книги Закона Кроули погрузился в изучение ислама. Характеристики Гора, о которых свидетельствует последняя Глава Книги Закона, имеют много сходства также с Аллахом мусульман, чьи мужественность и свирепость были так уважаемы Кроули. Таким образом, множество элементов из всех областей его психики вошли в теократическое содержание этой Книги, которая стала центром жизни Кроули.

Так часто, во время написания данной интерпретации Алистера Кроули, я дистанцировался, пытаясь быть справедливым. Когда я анализирую это, мне иногда кажется, это означает, что я шел на уступки его критикам и некоторым его врагам, как бы умиротворяя их, чтобы мои мотивы не подвергались сомнению, чтобы меня не обвиняли в фанатизме, в слепом поклонении юному идолу. Таким образом, это своего рода защита эго от возможных нападок со стороны критиков. Тогда можно было бы утверждать, что мое восприятие и описание его колоссального эгоизма может – по крайней мере, частично, - быть моей собственной проекцией. Если это так, то мне следует признать и отказаться от этого, осознав, что в его собственной истории, в его собственном поиске, длиной в жизнь, смысла и Бога, ему не нужна была никакая справедливость с моей стороны. Его не нужно ни подвергать цензуре, ни защищать.

Он был обязан рассмотреть каждое отдельное событие и каждое явление своей жизни, как особое обращение Бога к своей душе. Затем, хотя его периодически вводила в заблуждение его собственная тень, в то же время, поскольку Demon Est Deus Inversus (Демон – это Обратная Сторона Бога – прим. перев.), он, тем не менее, все время руководствовался – как бы это сказать, своим Ангелом? Это простой язык, которым он мог пользоваться без стеснения. Золотая нить озарения и славы проходит через все его творчество и драматическую, полную приключений историю его жизни.

Если эта интерпретация действительно объективна, она должна подчеркнуть момент, который свойственен поиску человеком смысла. С момента своего посвящения в Золотую Зарю в 1898 году, и до момента, когда он покинул этот мир в 1947, Кроули сосредоточил всю свою энергию на единственной божественной теме. Конечно, бывали моменты, когда он колебался – и блуждал. Он был всего лишь человеком. «Взгляни, - писал он в 1907, - я человек. Даже маленький ребенок не может выдержать Тебя!»

Его эго иногда вставало на его пути. Здесь изображена жизненность каждого человека. Это делает его историю почти эпической. Были романы с разными женщинами, какие-то грязные, какие-то – совсем другие. И все же, когда он не усложнял картину, подчеркивая их неполноценность, он никогда не переставал выражать, насколько он в высшей степени обязан своим женщинам. Его любовные романы научили его, как чувствовать себя в духе женственности. Он мог сказать, что в начале его духовной жизни трое мужчин играли важную роль в его возрастании к духовной зрелости, но в американском эпизоде его жизни и впоследствии, женщины, и только женщины, были его посвятительницами. Его широкий эротический опыт, каким бы он ни был необычным, и отличался лишь количественно от большинства людей, тем не менее, был всецело посвящен благороднейшей задаче из всех возможных.

Но что действительно характеризовало этого человека, ставя его далеко в отличии от всех других людей, возвышая его полностью над большинством, была его непоколебимая преданность Великой Работе. (В действительности, такой же самой преданностью Великой Работе – Пути Самоосознания и Самореализации, Божеству, обладали очень многие маги, йогины, восторженные последователи Кришны, Шакти и Шивы, алхимики и все гении человечества. – прим. перев.) О бескомпромиссной природе его любви к Богу не может быть и речи, даже если он не всегда выражал ее просто и ясно именно в таких словах. Цитируя один из его собственных неологизмов, он был HIMOG – holy illuminated man of God – святой просветленный человек Бога. И нам было бы хорошо никогда не забывать то, что он должен был сказать в Книге Лжей о таком человеке:

«Красная роза поглощает все цвета кроме красного; поэтому красный – это единственный цвет, которым она не является.

Эти Закон, Разум, Пространство Времени, все Ограничения не дают нам увидеть Истину.

Все, что мы знаем о Человеке, Природе, Боге, - это только то, чем они не являются; только то, что они отбрасывают, как отвратительное.

HIMOG виден лишь постольку, поскольку он несовершенен.

Тогда, все ли они славные, кто кажутся неславными, поскольку HIMOG Все-Славен Внутри?

Может быть так.

Как же тогда отличить бесславного и совершенного HIMOGа от бесславного земного человека?

Не надо отличать!

Но ты сам Не-различен: HIMOG – это ты, и HIMOG – это тот, кем ты будешь.»

Этот огонь пламенел в нем во все времена, независимо от кажущейся извращенности его более человеческой, хрупкой части. Несмотря на излишества его живописной жизни и то, что я принял за его психопатологию, его преданность и любовь сохранялись на протяжении всех превратностей судьбы. Мы должны воспринимать его серьезно и буквально, когда он взывает:

«О мой Бог, но любовь во Мне прорывается сквозь узы Пространства и Времени; любовь во мне, разлитая среди тех, кто любит, не является любовью.»

Он упорствовал в этой любви, когда писал далее:

«Ты вонзил клыки Вечности в мою душу, и яд Бесконечности поглотил меня полностью.»

Время и пространство никогда не были пределами для самоотверженной преданности его любви; их ограничительные узы были растворены Вечностью и Бесконечностью. И для них он был убежденным, приверженным и посвященным преданным. Возможно, он временами оступался, будучи бунтарем, и его эгоизм приводил его в странное невротическое состояние. Но его любовь и преданность никогда не затмевались. Я уверен, что не многие могли бы быть столь же терпеливыми, стойкими и решительными, как он во всех разнообразных практиках и упражнениях, которые он использовал как ступени на пути к великой цели – Самореализации. Уже одно это отличает его от большинства из нас и демонстрирует ясность и чистоту его Преданности Свету.

Это был не метафизический проповедник, который напыщенно давал понять, что сахар не тает у него во рту, или, что он слишком чист для слов. Не был он и причудливым Учителем Дальнего Востока, который большую часть времени постился, но в остальном питался фруктами и злаками, сохраняя невозмутимое псевдомолчание, нарушаемое лишь указыванием на буквы на алфавитной доске. Его девизом было «Будь сильным! Тогда ты сможешь выдержать больше радости!». Он не претендовал ни на что иное, кроме как быть человеком. Но каким человеком!

То, что временами он вел себя глупо и мерзко, это несомненно. Но утверждать так – это всего лишь давать свидетельство тому, что он был человеком, как и любой из нас, какими бы возвышенными и невыразимыми ни были те мистические состояния, которые он испытывал. О том, что он восстал против того, чтобы его направляли и вели осторожно за руку, свидетельствует вся его личная история. И все же, это ни в коем случае не осуждает его. Тщеславие и самонадеянность человеческого состояния были частями его права по рождению, и они были в изобилии представлены в нем. Против этого старого Адама он сражался со всем мужеством и отвагой. Иногда он терпел неудачу; в другие времена были славные победы. Поэтому, его история – это история каждого человека, благословленного созидательностью, приливом духа внутри. В нем мы ясно можем видеть себя.

Но всегда было что-то еще. Он обладал неукротимой храбростью, у него была непреклонность, и он любил своего Ангела. Как еще он мог быть писцом первой главы Книги и оракулом Звездной Богини с ее экстатической рапсодией:

«Я люблю тебя! Я томлюсь по тебе! Бледная или пурпурная, скрытая или сладострастная, Я, кто есть все наслаждение и великолепие, и опьянение самого сокровенного чувства, желаю тебя… Приди ко мне!»

В конечном счете, не имеет большого значения, была ли эта Книга продиктована сверхчеловеческим интеллектом по имени Айвасс, или же она произрастала из творческих глубин Алистера Кроули. Книга была написана. И он стал рупором для Духа Времени, точно выражая внутреннюю природу современности, как никто другой до настоящих дней. Так что его неудачи, эксцессы и глупости – это просто отличительный признак его принадлежности к роду человеческому. Разве он не был, по его собственному признанию, Зверем, чье число 666, то есть, число Человека?

Завершая эту главу, я не могу сделать лучше, чем процитировать Призыв, одно из последних заявлений Кроули относительно Liber Legis. Он писал:

«Книга провозглашает Новый Закон для человечества.

Она заменяет моральные и религиозные санкции прошлого, которые повсеместно нарушались, принципом, действительным для каждого мужчины и каждой женщины в мире, и самоочевидно, неоспоримым… Поэтому я призываю, силой и властью, возложенными на меня, каждый великий дух и разум, ныне воплощенный на этой планете, эффективно овладеть этой трансцендентной силой и применять ее для повышения благоденствия человеческой расы. Ибо, как чудовищно показал опыт этих двух и тридцати лет, данную книгу нельзя игнорировать. Она все еще не постижима для Человечества: и Человек должен сотворить из нее Хлеб Жизни. Его закваска начала действовать на виноград мысли: и Человек должен получить из нее Вино Экстаза.»



[1] The Equinox of the Gods, O.T.O., London, 1936, p.13.

[2] Я хотел бы вставить это возражение, которое можно было бы взять в скобки, по поводу обычного оккультного отождествления Святого Ангела Хранителя с так называемым Высшим Я. Кроули считал это отождествление ересью и мерзостью, и он выразил себя в недвусмысленных выражениях по этому поводу. Например, в Магии Без Слез, он писал:

Мы легко можем согласиться, что Авгоэйды, «Гений» Сократа и «Святой Ангел Хранитель» Мага Абрамелина, тождественны. Но мы не можем включить в это «Высшее Я»; ибо Ангел – это реальная Личность, со своей собственной Вселенной, точно так же, как и человек; или, если уж на то пошло, как и синяя стрекоза. Он не является простой абстракцией, селекцией и экзальтацией чьих-то собственных любимых качеств, каким мне представляется «Высшее Я»…

Я могу, например, довести себя до «Божественного Сознания», в котором я могу понимать и действовать так, как я не могу в моем нормальном состоянии. Я становлюсь «вдохновленным»; я чувствую, и я выражаю идеи почти безграничной экзальтации. Но это полностью отличается от «Познания и Собеседования со Святым Ангелом Хранителем», что является особой целью Младшего Адепта. Для Работы это крах, если кто-то обманывается, принимая свой собственный ‘восторженный энтузиазм’ за внешнюю коммуникацию. Параллель на физическом плане – это разница между онанизмом и сексуальным соитием…

Я верю, что Святой Ангел Хранитель – это Существо такого (ангельского) порядка. Он что-то большее, чем человек, возможно, существо, которое уже прошло через стадию человеческого, и его особенно близкие отношения с его учеником – это связь в духе дружбы, союзничества, братства или отцовства.

[3] Эта и следующие несколько цитат были написаны Кроули, и взяты из Равноденствия Богов, Лондон, 1936.

[4] The Equinox of the Gods, p.68

[5] Существует, однако, другой дневник, который велся примерно в тот же период времени; он назывался Книга Результатов, в которой также имеется запись от 17 марта. Я цитирую ее дословно:

Это ‘все о ребенке’. Также ‘Все Осирис’. (Заметьте циничный и скептический тон этой записи. Насколько другой она кажется в свете Liber 418!)

Тот, призванный с великим успехом, обитает в нас. (Да; но что произошло? Брат П. не имеет понятия.) А.К.

[6] Charles R. Cammell, op. cit., p. 107

телема

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"