Перевод

Глава 9. Coelum Terrae

Философский камень

Израиль Регарди

Философский камень

ГЛАВА ДЕВЯТЬ

COELU M TERRAE

Небесный Хаос магов

Томас Воган.*

Теперь, Читатель, я исполнил обещание, и - согласно своим posse (прим. пер. - лат. - мочь, быть в состоянии) - доказал древность магии. Я не так глуп, чтобы ожидать повсеместного воодушевления своими попытками. Я не нуждаюсь в поддержке; но "жребий брошен". Я сделал многое и тот, кто оспорит это, должен знать, что в первую очередь, его задача - сделать большее. Также я хочу справедливо обязать своего оппонента к выполнению еще одного условия - он не должен противопоставлять человека Богу, языческие предания Священным писаниям. Тот, кто выступит против, должен использовать тоже оружие, что и я, поскольку я не накормил своих читателей соломой, потому и меня не следует опровергать стерней. Далее мой замысел состоит в том, чтобы рассказать о сути Искусства, и это я сделаю в рациональных терминах, форме, отличающейся от той, которой пользовались древние; поскольку я не буду наполнять свою беседу, подобно дикой местности львами и драконами. Многие философы совершали эту ошибку, которую Квантилиан встречал в речах некоторых ораторов: "Высокие ветви их древ видны; плоды скрыты". Вершины их Вавилонских башен в облаках, но фундамента нет нигде. Они говорят действительно о прекрасных вещах, но не говорят нам про основы. Чтобы избежать таких полетов, я буду в этом своем olla (прим. пер - лат. - широкий глиняный горшок или кувшин с ручками для воды, варки пищи) - поскольку я не очень забочусь о том, как его называть - раскрывать его состав. Во-первых, я буду говорить о той одной единственной вещи, которая является предметом этого Искусства и матерью всех вещей. Во-вторых, я буду рассуждать о восхитительной и более, чем естественной Медицине, происходящей из нее. Наконец - хотя и несколько спутано, - я раскрою средства с помощью которых это Искусство преобразует материю; но ключи, которые приводят очень estrado ( прим. пер. - исп. - гостиная) Природы, где она сидит в забавной торжественности и встречает философов, я должен обратиться к ним в нескольких частях беседы. Это - все, и здесь Вы не должны рассуждать о том, насколько краток или многословен я был, а лишь о том, насколько полно я раскрыл вопрос; и действительно так и должно быть, и вам следует в скромности не ожидать больше.

Теперь вы должны подобно древним врачам стать, "целебными руками богов, не шарлатанами и не дилетантами с глиняными горшочками; вы, выполняющее то, что публично высказываете и следуете своему призванию честно и добросовестно, - уделите внимание правде без раздражения. Помните, что предубеждение не есть религия и результаты лишены награды. Если бы это Искусство было заслуживающим порицания, то Вы могли бы благополучно изучить его несмотря на это, руководствуясь предписанием "все испытывайте", но "хорошего держитесь". Ваша обязанность не желать другим; и с моей стороны - что я не пожелал бы себе - таким образом, я начинаю.

Каббалист сказал: "Храм что ниже, создан из того, что выше". Здесь у нас есть два мира, видимого и невидимого, и две универсальных Природы, видимые и невидимые, из которых берут начало оба эти мира. Пассивная универсальная природа была создана по подобию активной универсальной, и соответствие обоих миров или Храмов состоит в оригинальном соответствии их основ. Много последователей Платона - и последнее столетие дало им некоторых карикатурных учеников - рассуждает очень смело о сходстве подчиненных и распорядителей; но если мы присмотримся к этому хламу, то он представляет собой лишь набор небольших аналогий, а именно: гелиотроп и солнце, железо и естественный магнит, рана и оружие. Превосходное развлечение - слышать, как они кричат, усаживаясь на насест этих жалких деталей, будто им известен универсальный магнит, который удерживает эту великую структуру и обращает все ее части к взаимному состраданию. Они также комичны, как Дон Кихот, который знал Дульсинею, но никогда не видел ее. Более информированные Ученики, должны были знать, что есть универсальное вещество, Которое, будучи созданным, не имело никакого подобия или образца, посредством чего было бы создано или сформировано его существо, но лишь Оно само. Но заключая в себе бесконечные внутренние идеи или концепции, подобно беременности, Оно было создано: то есть Оно создало форму направленную наружу, соответствующую внутренней концепции или образу Своего ума. Во-вторых, они должны знать, что есть универсальный объект воздействия - пассивная Природа, и она была создана Универсальным Веществом. Этот универсальный объект воздействия - непосредственная всеобъемлющая суть Самого Бога в Его Единстве и троице. Простыми словами это именно то вещество, которое мы обычно называем Первоматерией. Но поистине бесполезно знакомиться с этим понятием или Веществом, если мы не знаем саму суть к которой имеет отношение это понятие. Мы должны видеть его, обращаться с ним, и наблюдая его глазами познавать его центральную невидимую сущность и свойства. Об это говорит Капнион, сообщая иудею и эпикурейцу о двух всеобъемлющих природах - материальной и духовной:

«Одна природа (говорит он) видима глазам и ощутима руками, и она подвергается изменению почти в каждый момент. Вы должны простить - так говорит Апулей - это странное выражение, потому что оно рождает путаницу. Эта самая природа - так как она может не продолжиться тем же образом, - несмотря на затруднения разума, является тем, чем она является, а не тем, чем она не является, а именно, находится внутри истины - то есть она изменчива. Другая природа или основа веществ нетленна, неизменна, постоянна, одинакова во все времена и вечна».

*

Томас Воган родился в Ллансантфрайде на берегу Уска в 1621. Его брат Генри Воган, поэт, более известен, чем, он. Эта книга была издана для Томаса Вогана в 1650 г. H. Blunden в Замке в Корнхилле. Г-н А. Э. Уэйт выпустил все сочинения Вогана, включая существующий текст в одном издании. «Coelum Terrae» - превосходный пример его работы помимо того, что является прекрасным примером определенного вида алхимического письма.

Эта изменяющаяся природа, о которой он говорит, есть первая, видимая, осязаемая субстанция, когда-либо созданная Богом: на вид она белая и Парацельс открывает нам причину, почему это так. «Все вещи, – говорит он, – когда они только исходят от Бога, являются белыми, но потом Он раскрашивает их по своему усмотрению». Мы имеем пример в той самой материи, которую философы иногда называют своей Красной Магнезией, а иногда Белой, и описания которой, данные ими, ввели в заблуждение столь многих людей. Ибо при первом приготовлении этот хаос кроваво-красный, поскольку Центральная Сера возжжена и открыта Философским Огнем. А при втором – он бесконечно белый и прозрачен как небеса. Откровенно говоря, он отчасти похож на обычную ртуть, но обладает небесной,

запредельной яркостью, ибо ничто на земле не сравнится с ним. Эта тонкая субстанция есть зародыш всех элементов и самая чистая и непорочная дева, ибо пока еще из нее ничего не родилось. Но если она когда-либо зачнет и родит, это случится от огня Природы, ибо именно он – ее супруг. Она не есть ни животное, ни растение, ни минерал; еще меньше она есть экстракт, полученный из животных, растений или минералов; но она есть пред-существующая по отношению ко всем им, ибо она суть их мать. Тем не менее я должен сказать еще одну вещь: она не так уже и безжизненна, ибо она почти живая. Ее состав чудесен и отличается от всех других составных субстанций. Золото не столь уж и составное, но каждый философ скажет вам, что оно не является простой субстанцией; она же настолько проста, что никто бы не дерзнул помыслить ее еще более простой. Она не уступит ничему, кроме любви, ибо ее участь –зарождение, а это еще никогда не достигалось насилием. Только тот, кто знает, как обращаться и обходиться с ней, получит все ее сокровища. Первым делом из всех ее сосцов источится густая тяжелая вода, однако же, белая как снег: философы называют эту воду Молоком Девы. Затем она отдаст ему свою кровь из самого сердца: это есть быстрый, небесный огонь; некоторые ошибочно называют его своей серой. И, наконец, она дарует ему тайный кристалл, более ценный и великолепный, чем даже белый камень и все ее розарии. Такова она, и таковы есть ее достоинства, – ловите ее, если сможете.

К этому ее характеру, открытому мною самим, я добавлю еще некоторые описания, которыми украсили ее другие ее возлюбленные. Те немногие, кто хорошо ее знал, писали, что она не только одна и три, но к тому же, и четыре и пять; и эта истина очень существенна. Эпитеты, которыми они награждали ее, весьма многочисленны. Они называли ее Вселенской Магнезией и Спермой Мира, из которой произошли все натуральные вещи. Ее рождение, говорят они, уникально и не обошлось без чуда, а ее видимость божественна и отлична от видимости ее родителей. Ее тело в некотором смысле неразрушимо и обычные

элементы не могут ее разрушить; также она совершенно не будет с ними смешиваться. По внешнему виду или фигуре, она напоминает камень, и все же она не камень, ибо ее возлюбленные называют ее Белая Камедь и Вода Моря, Вода Жизни, Самая Чистая и Возвышенная Вода; конечно, при этом они не имеют в виду никакую воду из облаков или дождя, воду из колодца или росу, но именно определенную густую неразрушимую солоноватую воду, которая суха и не смачивает рук, вязкую слизистую воду, рождающуюся из жирности земли. Они называют ее также двуликим Меркурием и Азотом, порожденным влиянием двух глобусов – небесного и земного. Больше того, они утверждают, будто ее природа такова, что никакой огонь не может ее разрушить (из всех остальных описаний это самое истинное!), ибо она сама и есть огонь и несет в себе частицу универсального огня Природы и тайного небесного духа, оживляемого Самим Богом; потому они также называют ее их Самым Священным Камнем. Наконец, они говорят, что ее природа промежуточная между тонким и грубым, что она не всецело земная и не всецело огненная, но срединная «воздушная» субстанция, находимая повсюду и в любое время года.

Пожалуй, достаточно. Из того, что я лично могу сказать открытым текстом, я скажу, что она очень соленая, но чрезвычайно мягкая и отчасти тонкая и текучая – не столь твердая и не столь густая, как обычно извлекаемые соли, ибо она вообще не является никаким видом соли, которые может сделать человек. Она есть сперма, которую сама Природа извлекает из элементов без помощи всякого искусства. Человек может найти ее там, где Природа ее оставила; это не его дело создавать эту сперму и извлекать ее. Она уже создана и не нуждается ни в чем, кроме утробы и тепла, пригодных для зарождения.

Теперь же обсудим с вами, где Природа оставляет это семя; хотя многие столь глупы, что даже не понимают, как им действовать, когда им говорят, что именно они должны делать...

Мы знаем, что процесс оплодотворение происходит не спермой обоих родителей, но пребыванием ее в женской особи, где она совершенствуется. В огромном мире, таким образом, все элементы составляют сперму, и все же она состоит не из всех элементов, но остается в земле или воде, но более в первой, чем во второй. Не позвольте сейчас вашим мыслям последовать за вялыми и непродуманными рассуждениями Аристотеля; взгляните на зеленую, юную и цветущую грудь земли. Узрите, насколько обширным универсальным сосудом является этот элемент. Звезды и планеты обозревают ее - хотя и не могут спуститься к ней - они роняют вниз свои золотые локоны, как кольца и символы любви. Солнце бесконечно занято, неся ей свой огонь и огибая ее, как будто оно желает извлечь что-то из ее груди и забрать у нее некий тайный, скрытый драгоценный камень. Было ли что-то утеряно с момента сотворения? Хотите ли вы познать ее ложе и изголовье? Это - земля. Сколько городов, вы думаете, погибло от меча? Сколько от землетрясений? И сколько от наводнений? Не вы ли желаете знать, где они находятся сейчас: поверьте, у них одна общая гробница. Что было после того, как их мать стала их могилой? Всякое возвращается в то место, откуда оно произошло, и это место - земля. Уделяйте время изучению алфавита Природы, исследуйте каждую ее букву - я имею в виду каждое создание - в ее книге. Что случилось с ее травой, ее зерном, ее цветами? Верно то, что и человек и животное используют их, но это только к слову, поскольку они не успокоятся, пока не пребудут в землю снова. В этом элементе они берут свое начало, в нем же и их конец. Подумайте - если не заняты суетой - о всех тех поколениях, предшествующих вам, и о тех, что будут после вас. Где те красоты, созданные прежними временами, и случится с теми, кто составит будущие поколения? Они суть тот же прах; у них есть один общий дом; и нет более многочисленной семьи, чем та, что в могиле. Наблюдайте за ежедневными забавами Природы, ее облаками и туманами, пейзажами и зрелищами, творящимися воздухом. Даже эти недолгие явления происходят из сокровищницы земли. Если солнце иссушает ее, она быстро утоляет жажду; влага облаков проливается водой; земля впитывает ее подобно философскому дракону, поедающему собственный хвост. Мудрые поэты видели это, и на своем мистическом языке называли землю Сатурном, сообщая нам, кроме того, что она питалась своими собственными детьми. Поистине, в их величественных стихах больше правды, чем в унылой прозе Аристотеля, поскольку он был слепым зверем, и злоба сделала его таковым.

Но прежде, что продолжить, я хочу, чтобы вы обдумали прочитанное стоя на земле, не взлетали сейчас, восхищаясь метеоритным дожем ваших собственных мыслей. Земля, как вам известно, зимой уныла, темна и мертва, - ничтожная, замороженная, пассивная глыба. Но к весне и прикосновениями солнца, какой редкий жемчуг обнаруживается в этой навозной куче, какие великолепные цвета и оттенки она раскрывает! Бесконечно чистый зеленый цвет покрывает ее вместе с другими с неисчислимыми красотами - красные и белые розы, золотые лилии, голубые фиалки, алые гиацинты, божественные ароматы и пряности. Если вы последуете моим советам, то изучаете, откуда берут начала все эти сокровища, эта ежегодная флора, которая распускается от прикосновений солнца. Созерцайте! Я говорю настолько просто, насколько это возможно. В мире есть две крайности - материя и дух. Одна из них, я могу уверить Вас, является землей. Влияния духа оживляет и ускоряет материю, и в материальной противоположности следует семя духа. В срединных природах, таких, как огонь, воздух и вода - это семя не остается, поскольку они всего лишь посредники, которые передают его от одной противоположности к другой, от духа к материи - то есть, земле. Но погоди, мой друг; эта мысль взбудоражила тебя, и теперь ты проследуешь дальше стремительно, будто выстрел. Позволь задержать тебя. Я имею в виду не ту привычную, грязную, нечистую землю; я обращаюсь к ней в своем рассуждении лишь для наглядности. Та, о которой я говорю, является тайной: это - coelum terrae и terrae coeli, (прим. пер. – лат. – небесная твердь) не грязь и пыль, но самая секретная, небесная, невидимая твердь.

Раймунд Луллий, в его «Compendium of Alchemy», называет основы магического искусства "некими летучими духами, сгущенными воздухе в форме различных монстров, животных и людей, которые двигаются как облака туда и сюда". Что касается смысла этих слов, то я предлагаю читателю постичь его самостоятельно.

Это верно; поскольку воздух и все изменчивые вещества в нем беспокойны, то это касается даже Первоматерии. Глаз человека никогда не видел ее дважды в одной и той же форме; но поскольку облака, которыми повелевает ветер, обращаются в разные фигуры - но вряд ли могут сохранить одну постоянную форму - как ту, к которой стремится огонь Природы. Поскольку этот огонь и эта вода походят на двух возлюбленных: они еще не встретились, но забавляются друг с другом, и эта игра не прекратится, пока не зародится новая жизнь. Я часто восхищался их тонким вечным движением, во все времена и повсюду они заняты, что вызывает в памяти известное изречение Трисмегиста о том, что действие было жизнью Бога. Но самый превосходный и поучительным является изречение Марка Антония, который в его беседе c самим собой говорит "Природа бесконечного восторга ни в чем ином, как в том, чтобы изменить все вещи и затем воссоздать подобное снова." Это ее тиканье: она играет в одну игру, чтобы начать другую. Вещество находится пред нею как кусочек воска, и она формирует его во все формы и фигуры. Вот она создает птицу, теперь животное, теперь цветок, затем лягушку, и она довольна человечеством со своими собственными мечтами как результатом ее волшебства. Потому Орфей называл ее "творящей матерью, определяющей странные формы или фигуры". Она не поступает как некоторые достойные порицания родители, кто, думая о своем удовольствии, не заботится о ребенке. Она любит их и после их сотворения, наблюдает за всем и даже за воробьями. Было бы странно полагать, что она проявляет себя одинаково лично и открыто, не только в садах, где дамы могут чувствовать запах ее духов, но в отдаленных уединенностях и пустынях. Правда, она стремится нравится не другим, а себе самой, вот почему многие ее творения - и самые прекрасные- всегда скрыты.

Мы видим маленьких детей, которые недавно вышли из ее рук, балующихся грязью и водой и другими праздными забавами, не затрагивающих никого, кроме их самих. Причина, заставляющая их стремиться к своим радостям в том, что они еще не пленены. Но когда они становятся старше, то любовь или выгода заставляет их согласовать свои действия с желаниями других людей. Некий горожанин готов отдать весь свой доход, но его ухаживания напрасны, если его возлюбленная не замечает его. Другой борется, но его победа теряется, не будучи оглашенной; мир, должен услышать о его доблести. Природа же - свободный дух, что не ищет аплодисментов; она наблюдает не что иное как себя саму, будучи довольной собственным волшебством, как философы с их тайной философией. Следовательно, случается так, что мы наблюдаем ее творение не только в горшках балконов, но и в диких местностях и губительных местах, где только звезды и планеты обозревают ее. Одним словом, где бы не нашел огонь Природы Деву Меркурия, там он находит свою любовь, и там они сольются , удовольствие их никогда не пресытится.

Марк Антоний сообщает об известном, но неудачливом римлянине и том, как тот отправил свою душу бродить по миру, чтобы скопировать все красивые лица, чтобы среди такого количества превосходных образцов он мог бы выбрать самое приятное для себя. Действительно Природа находится в напряжении, поскольку она заключает бесконечные прекрасные образцы в себе, и каждое из них она с удовольствием видела бы вне себя, потому она не может обойтись без Материи, что является ее сосудом. Это заставляет ее постоянно творить и отпечатывать свои копии в Материи, сообщая ей жизнь и придавая ей форму согласно своему воображению. Так она реализует свое воображение или идея вне себя, или, как Перипатетики говорят, вне Божественного Мышления, а именно, в Материи. Но неисчислимые идеи, кроме того, отличаются друг от друга, удовольствие творящей силы поддерживается разнообразием творений, говоря точнее, ее собственной плодотворностью, поскольку среди всех красот мира не найти и двух совершенно одинаковых.

О многом можно было бы сказать касаемо ее красоты, ее свойств и происхождении, и о том, как она может быть обезображена. Не только снаружи, но и во внутренней идее, потерянной навсегда в обоих мирах. Но мне чужды эти рассуждения: у Меня нет иной возлюбленной, кроме Природы, и потому я оставлю прекрасных дам прекрасным кавалерам и буду говорить о чем желаю.

AElia Laelia

В тот редкий день в полном одиночестве я видел Деву и ее трон. Она была облачена в новое зеленое одеяние, И в его сапфире покоился земной шар. Гладкая сфера, которую я видел, О, Фортуна! я думал, что это были вы. Но я узрел ее величественность, и в ее непрестанном совершенстве более я оставил свои заботы, я Должен посветить себя этому открытию.

Сонная она встретилась с моим первым взглядом, Будто она бодрствовала всю ночь, И под ее рукой распростерлось белое изголовье. Но приглядевшись я почувствовал как тихо Роса стекает вниз по ее щекам, и она пачкает Те щеки, где место лишь улыбке. Слезы быстро стекают вниз и все Цепи жидкого жемчуга спадают. Истинные печали - более драгоценны, чем радости, Которые являются лишь пустым воздухом и шумом - Ваши падения оборачиваются более щедрыми наградами,

Поскольку они - подобны ее глазам.

Прелестная белая безумица, почему вы Пятнаемы слезами, но не грехом? 'Истино, ваши слезы, как полированные небеса, Являются яркими розариями ваших глаз; Но их удел так странен, Как будто ваше горе никогда не закончится. Они оборачиваются из капель во вздохи, и затем Те вздохи оборачиваются вновь каплями, Но белый, серебряный поток ищет Те цветы ваших щек Белый и Красный оборачиваются розовой водой ее слез.

Созерцали ли вы пламя, которое возникает из благовония, когда сладкие завитые кольца дыма посещают ее последние слабые огни, И она вся благоухает? Она созерцает это. Здесь - сказала она - Не отпускайте эту воздушную часть от себя. Она удерживает мое сердце, хотя оно скоро прольется и будет очищено. 'Это по прежнему постоянно. Доверяйте не ложным улыбкам: Она обманывает того, что улыбается и не плачет. Нет, доверяйте не слезам: некоторые ложны; Те слезы верны, что многочисленны. Доверяйте мне и сделаете лучший выбор: У кого есть мои слезы, не может желать радости.

Я знаю некоторый софистов Гептархии - я имею в виду тех, чье учение лишь шум, в котором даже понятия pyannets (?) и paraquitoes (?) философские – которые полагают, что это все это лишь ловушка и поэзия; они находят нас подобострастными, неуверенными, и обманывающими даже проницательного читателя. Чтобы положить конец этой бессильной клевете и потратить немного больше нашего секретного света на заинтересованного ученика, в этом месте я приведу доказательства некоторых видных философов относительно природы самого Первовещества, ибо оно предшествует любому искусством. И здесь поистине читатель может обнаружить знак. Это будет легче сделать, если он последует полету моего стиха или за более серьезным темпом их прозы. Первым, которого я процитирую, будет Арнольд Вилланова, прекрасный мастер Искусства. Он описывает Философский Хаос в таких простых терминах:

«Это (говорит он), камень и не камень, дух, душа и тело; который растворится, если его растворить, и сгустится; и если вы сгустите его; и если вы заставите его полететь, то он полетит; поскольку изменчив или летуч и чист как слеза. Впоследствии это делается солоноватым цитрином; но без спешки и кристаллов, и никакой человек не может коснуться его своим языком. Созерцайте, я описал его вам, но я не назвал его. Теперь я назову его; и я говорю, что, если вы скажите, что это - вода, вы говорите правду; и если вы скажете, что это не вода, вы лжете. Поэтому не обманывайтесь разнообразными описаниями и операциями, поскольку это - всего лишь одна вещь, к которой не может быть добавлено ничто постороннее».

Так говорит Арнольд, и он заимствовал это из «Turba». Давайте теперь обратимся к его ученику Раймунд Луллий, который ревниво и неясно говорил о семи металлических принципах и описывает третий – тот, что включает четыре из этих семи:

«Третий принцип - прозрачная, сбалансированная вода, и это - следующее вещество цвета ртути. Оно течет на землю. Эта ртуть производится всяким составом из сущности воздуха, и поэтому влажность его чрезвычайна тяжела».

К ним я добавлю Альберта Великого, чья искушенность в этом вопросе велика, ибо он полностью посвятил себя ему и знал его очень хорошо. На просто английском он сообщает:

"Меркурий мудрецов - водянистый элемент, холодный и влажный". Это - их Постоянная Вода, дух тела, елейный пар, благословенная вода, добродетельная вода, вода мудрецов, уксус философа, минеральная вода, роса небесного изящества, молоко девственницы, физический Меркурий; и другими бесчисленными именами названный в трудах философов; чьи имена в действительности - при всем своем многообразии - всегда имеют ввиду одно и тоже, а именно, Меркурий мудрецов. Из одного только этого Меркурия извлекается вся сила Искусства и - согласно его природе - Оттенок, и красный и белый».

С этим соглашается Rachaidibi, перс. "Сперма или Первоматерия", - говорит он, "происходит из камня, внешне холодного и влажного, но внутри горячего и сухого." Все, что утверждает Rhodian, кажется, принадлежит Kanid, королю Персии. Его слова таковы:

"Сперма белая и жидкость, впоследствии становится красной. Эта сперма - Летучий Камень, и это вещество воздушное и изменчивое, холодное и влажное, горячее и сухое".

Cхожее повествует и автор превосходного трактата под названием "The Book o the Three Words":

«Это Книга Трех Слов, имея ввиду, таким образом, Три Основы; Книга Драгоценного Камня, который является телом, воздушным и изменчивым, холодным и влажным, водянистым и горючим; и внутри него и жар и засуха, холод и влажность, одно достоинство внутреннее, другое внешне».

Belus философ, в известном и наиболее классическом трактате "Synod of Arisleus", инвертирует порядок для сокрытия искусства; но если понимать его должным образом, то он говорит о том же;

«Среди всех великих философов считается бесспорным, что наш Камень не камень; но невежественным это кажется смешным и невероятным. Поскольку, кто будет полагать, что вода может быть сотворена камнем и каменной водой, нет ничего отличающегося более, чем эти два? И все же в действительности это так. Поскольку это крайне Постоянная Вода - Камень; тогда как эта вода - не камень».

Об этом древний Гермес сообщил и раскрыл слишком многое:

"Знайте, вы, дети мудрости: древние философы разделили воду, и такое разделение делит воду на четыре других вещества".

Есть один очень ведающий автор, который написал нечто подобное и раскрыл большое, что кто-либо из тех, кого мы прежде цитировали:

«Поскольку мир (говорит его) был сотворен из той Воды, в которую переместился Дух Бога, всякое берет свое начало отсюда, и небесное, и земное; таким образом, этот хаос произошел из особой Воды, которую не встретить. Не из росы, не ни воздуха, сжатого в пещерах земли, или искусственно в колбе; не из воды, извлеченной из моря, фонтанов, ям или рек; но из особой преобразованной воды, что претерпела некоторое изменение. Это очевидно, но известно очень немногим. Эта вода заключает в себе все, что необходимо для совершенства деланья без какого-либо внешнего дополнения».

Я мог привести здесь еще тысячу авторов, но это было бы утомительно. Я завершу упоминанием об одном из братьев Rosy, чье доказательство сравнимо с лучшими из них , но его наставления являются превосходящими. Его беседа о Первоматерии несколько велика, и во избежание многословия я воздержусь от латыни, но передам смысл на четком, простом английском языке:

Я - богиня (говорит он, выступая в лице Природы), известная красотой и происхождением, родившаяся из нашего собственного совершенного моря, что заключает в себе целую землю и не знает отдыха. Из своей груди я изливаю молоко и кровь: кипятите их, пока они не будут превращены в серебро и золото. O, самый превосходная материя, из которой произведено все сущее этом мире, хотя на первый взгляде, ты - яд, украшенный именем Летающего Орла. Ты - Первоматерия, семя Божественного Благословения, в чьем теле находятся жар и дождь, скрытые от грешника за Вашими привычками и девственными одеяниями, что рассеяны по всему миру. Ваши родители - солнце и луна; в Вас есть вода и вино, золото и серебро земли, доступные радости земного человека. С дождем и лучами Господь посылает нам Свое благословение и мудрость - солнце вечной славы Его Имени. Но задумайся, O человек, о значении того, чем награждает нас Бог. Истязайте Орла, пока она не прольет слезы и Льва, пока он не ослабеет и не начнет истекать кровью. Кровь этого Льва, смешанная со слезами Орла, является сокровищем земли. Эти существа поедают и убивают друг друга, но, несмотря на это их любовь взаимна, и они принимают облик Саламандры, которая пребывает в огне без какого-либо вреда, вылечивает все болезни людей, зверей и металлов. После древние философы отлично поняли ту материю, что они старательно искали в центральном древе Земного Рая, ступая в него через пять тяжких врат. Первые врата были знанием Истинного Вещества, и здесь зародился первый и самый ожесточенный конфликт. Вторыми вопрос подготовки этого Вещества таким образом, чтобы добыть тлеющие угли Орла и кровь Льва. В этих вратах происходит самая острая борьба, ибо там добываются вода, кровь и духовное, сияющее тело. Третьи врата – огонь, который доводит Препарат до готовности. Четвертые - врата преумножения и увеличения до нужных пропорций и веса. Пятые и последние врата - проецирование. Но самым великолепный, наполненный и возвышенным является тот, кто достигает четвертых врат, поскольку он обладатель Лекарства от всех недугов. В этом суть Книги Природы, откуда берет начало весь ее алфавит. Пятые врата служат только для металлов. Эта тайна, существующая от сотворения мира и Адама, наиболее древняя, знание, которое Господь всемогущий - Своим Словом - вдохнул в Природу, удивительная сила, благословенный огонь жизни, прозрачный карбункул, красное золото мудрецов и Божественное Благословение жизни. Но эта тайна из-за человеческой злобы открывается лишь немногим, и не смотря на это, она живет и движется каждый день, являя собой целый мир, о чем свидетельствует следующая притча.

Я - ядовитый дракон, являющий себя всюду и не несущий ничего. Моя вода и огонь растворяются и соединяются. Из моего тела вы должны извлечь Зеленый цвет и Красного Льва; но если Вы точно не знаете меня, Вы слабеете, мой огонь разрушает ваши пять чувств. Самый пагубный, стремительный яд, разрушивший многих, исходит из моих ноздрей. Отделите потому грубое от тонкого искусственно, если вас в действительности не восхищает чрезвычайная скудность. Я даю вам способности и мужественной и женственной природы, силы и неба и земли вместе взятые. Тайны мастерства обращения со мной должны быть исполнены великодушно и с большой храбростью; сделайте так, чтобы я преодолел интенсивность огня. В этой попытке многие потеряли и свой труд, и свое вещество. Я - яйцо Природы, известной только мудрому, тому, кто праведен и умерен, кто извлекает из меня немного мира. Я был предназначен Всемогущим богом для человека, но, хотя многие и желают меня, я даюсь лишь немногим, чтобы они смогли освободиться от скудности моими сокровищами и не утвердили свой разум в тленном золоте. Меня называют философским Меркурием; мой муж - философское золото. Я - старый дракон, который присутствует повсюду на лице земли. Я - отец и мать, юное и древнее, слабое и все же самое прочное, жизнь и смерть, видимое и невидимое, твердое и мягкое, спускающееся на землю, и возносящееся к небесам, наивысшее и наинизшее, легкое и тяжелое. Во мне назначение Природы часто оборачивается - в цвет, число, вес и меру. Во мне есть свет Природы; я и темное и светлое; я возникаю из земли, и я выхожу из неба; я известен и все же ничем не являюсь; все цвета сияют во мне и всех металлах лучами солнца. Я - Карбункул Солнца, самой благородной очищенной земли, с помощью которой вы можете обратить медь, железо и олово в самое чистое золото.

Теперь, господа, Вы можете видеть, какой путь философы преодолели: они вверяют свою Тайную Воду, и я восхищаюсь слезами Девы. Есть что-то в воображении помимо поэзии, поскольку моя возлюбленная очень философична и ее любовь платонического свойства. Но теперь я думаю, насколько много противников я обеспечу себе этой беседой? Сколько читателей слетится и как ее сердце можно разбить ерундой. Эта любовь действительно была всего лишь удачей; но я смею доверять ей, и чтобы никто не спутал ее с чем-то иным, я расскажу вам кто она в действительности. Она неизвестная вода, тайная семенная влага, или скорее Венера, несущая ту влагу. Поэтому не полагайте, что она - всякая сырая, вялая, немощная вода, поскольку она - маслянистая, плотная, тяжелая, слизистая влага. Но чтобы вы не думали, что я ревнив и не доверил бы вам мою возлюбленную, Арнольд Вилланова должен вступиться за меня, услышьте его:

"Я говорю вам далее, то, что возможно не нашли мы, ни один философ не находил до нас, только елейная влага способна сохраниться в огне. Водянистая влага, которую мы видим, легко испаряется от земли, и части, таким образом, отделяются, потому что их состав не естественен. Но если мы рассматриваем ту влажность, которая едва отделима от частей естественных для нее, мы обнаруживаем ни что иное, как елейную, вязкую влагу".

Некоторые богословы сурьмы и кремния - что вершат свои философские поиски молотком – возможно, ожидают, что я должен раскрыть это вещество прямо и не нести это странное птичье щебетание, чтобы украсить их гордыню перьями. Я говорю им, что это - Вода Серебра, которую некоторые назвали Водой Луны; но это Меркурий Солнца, и частично Сатурна, поскольку извлекается из этих трех металлов, и без них это невозможно сделать. Теперь они могут разгадать и сообщить мне, что это, поскольку сказанное - истина - если они способны ее постичь.

Бесхитростному и скромному читателю у меня есть еще что сообщить, и я полагаю, что это достаточно извинит меня. Раймунд Луллий - человек, который был в центре Природы и понимает что большая часть Божественной Воли связывает меня страшным долгом не разглашать эти принципы. Он говорит:

"Я клянусь вам своей душой, что искусство будет проклято, если Вы разгласите эти вещи. Всякое благое происходит от Бога и должно служить только ему. Вот почему вы должны беречь и хранить эту тайну, которую только Бог должен раскрывать, и вы должны обещать, что воздержитесь от раскрытия того, что принадлежит Его славе. Поскольку, если вы раскроете в нескольких словах то, что Бог формировал в течение долгого времени, вы будете осуждены в великий судный день как предатель величественности Бога, и измена не простится. Ибо раскрытие таких вещей совершается Богом, а не человеком".

Так сказал мудрый Раймунд. Я, со своей стороны всегда чтил магов, их философия, рациональная и величественная, движимая не соображением, но производимым эффектом, и тем подтверждающая и мудрость и силу Создателя. Когда я был простым скитальцем я не понимал их книг, но верил им. Время вознаградило мою веру и оплатила мою доверчивость знанием. Тем временем я перенес много горькой клеветы со стороны некоторых завистливых противников, у которых не было никакого знания, кроме их мантий и небольшого словарного запаса для своей чуши. Но они не могли устранить меня; со спартанским терпением я залечил свои раны и нашел, наконец, что Природа волшебна, а не перепатетична. У меня нет причины, чтобы не доверить магам в духовных вопросах, которые я нашел настолько обыденными и верными даже в тайнах естества. Я действительно верю Раймунду, и в той вере я полагаю свое спасение. Я не буду утверждать, что меня не за что осудить. Но если это вас не удовлетворит - кем бы вы ни были - позвольте мне шепнуть вам слово на ухо, и затем Вы объявите его с крыши. Вы знаете от кого и как та сперма или семя, которое люди из-за отсутствия лучшего названия именуют Первоматерией происходит? Один просвещенный - и в его дни член того Общества, которое высмеивало некоторых невежд пишет:

"Бог несравнимо прекрасен и велик, создавая из небытия; но творение совершалось чем-то, заключавшим в себе все небесные и земные существа".

Сперва, это что-то было неким видом облака или темноты, которая была сжата в воду, и эта вода и есть содержащее в себе все вещи. Но мой вопрос: чем было то ничто, из которого был сотворен первый облачный хаос или что-то? Вы можете сказать мне? Возможно, вы полагаете, что это - просто ничто. Это - действительно nihil quo ad - ничто, которое нам отлично знакомо. Это - ничто, как говорит Дионис: "ничто, что было создано или те вещи, которые являются ничем и то, что вы называете ничем - состоит из того, чего нет, вашей пустоты, разрушительного смысла".

Но, с вашего позволения, это Истина, Которую мы не можем подтвердить. Это - та Трансцендентная Сущность, теология Которой отрицательна и была известна первобытной церкви, но утеряна в наши дни. Это то ничто Корнелия Агриппы, и в этом ничто, когда его утомили человеческие вещи - я имею ввиду скупые гуманитарные науки - он наконец отдыхал. "Ничего не знать - самая счастливая жизнь." Действительно верно, поскольку в понимании этого ничто жизнь вечная. Поймите тогда магическую аксиому "видимое было сформировано из невидимого", все видимое происходит от невидимого Бога, ибо Он прекрасен - весна, из которой все хлынуло и творение было неким огромным рождением. Этой прекрасной Девственной Водой или хаосом, была Вторая натура Самого Бога и - если я могу так сказать так - дитя Святой Троицы. Руки какого богослова тогда могут коснуться того, что принадлежит Самому Богу, и на что он пролил Свой собственный Дух? Поистине, мы читаем: "Дух Бога переместился в лицо воды." И можно ожидать, тогда, что я должен предать эту тайну всяким рукам, объявить ее криком, как кричат устрицы? Поистине эти соображения, наряду с некоторым другими, которые я не буду раскрывать миру на бумаге, вызвали недовольство моих самых дорогих друзей, которое, несмотря на это, я должен удовлетворить. Если бы понимание этого Вопроса было бы лишь моей собственной заслугой, то как это делает большинство людей, я, возможно, был менее осторожным в нем; но я был проинструктирован о всех тайных его обстоятельствах, которые немногие на земле понимают. Я говорю не ради показной роскоши, но я говорю правду, которую моя совесть знает очень хорошо. Позвольте мне, тогда, Читатель, просить у вас терпения, поскольку я оставлю это открытие Богу, Который - если на то будет Его благословенная воля - может призвать вас и сказать: "Вот оно и таким образом я обращаюсь с ним".

Я не говорил все это в целях собственной защиты, я не был атакован - это было тем, что как я говорю стоя перед самим собой, - моей обязанностью раскрыть все, что я знал, поскольку этот век ищет мечтаний и открытий и их невидимой ценности. Теперь я достаточно раскрыл Вопрос, и если вы не смогли постичь его в написанном, то все же не будете обмануты сказанным, поскольку я преднамеренно избежал всех тех условий, которые могли бы заставить вас перепутать любые обычные соли, камни или полезные ископаемые с ним. Я советую вам кроме того остерегаться всех растений и животных: избегайте их и всякой их части вообще. Я говорю это, потому что некоторые невежественные, неряшливые задиры полагают, что кровь человека - истинный объект. Но, увы, есть ли кровь человека в недрах земли, если все металлы происходят из нее? Или мир и все сущее произошло из крови человека как их первоматерии? Конечно, нет. Первоматерия существовала да человека и всех других существ вообще, поскольку она - мать их всех. Они были сотворены из Первоматерии, а не Первоматерии, происходящей из них самих. Примите во внимание, тогда: не позволяйте любому человеку обманывать Вас. Ничего невозможно полностью преобразовать до Первоматерии или до спермы без нашего Меркурия, и состояние такой сжатости представляет собой не универсальную, но особую сперму собственной разновидности и производит не любые эффекты, но что приятно в природе той разновидности: Бога запечатал ее особой идеей. Оставьте использующих кровь человека в своих химических или алхимических печах, или, как Сенаивогий в fornaculis mirabilibus. Они в итоге будут сожалеть о своей ошибке, и сидеть без холста в пепле своих составов.

Но я закончил. Теперь я расскажу что-то о творении и его способах, чтобы работа философов над этим вопросом была лучше понята. Вы должны знать, что Природа имеет две крайности и между ними срединное вещество, которое в другом месте мы называли срединной природой. В творении мы видим достаточно примеров. Первая противоположностью является тем облаком или темнотой, о которой мы говорили прежде. Некоторые называют это далеким веществом и невидимым хаосом, но это не верно, поскольку оно было весьма видимым. Внешне это иудейский Айн Соф, и он подобед Орфической ночи:

"O Ночь, Вы темнокожая кормилица золотых звезд." Из этой темноты все сущее в мире произошло как из их фонтана или матрицы. Это объясняет

положение всех известных поэтов и философов - что "все произошло из ночи". Срединное вещество - Вода, в которую та ночь или темнота была сжата, и существа, созданные из воды, составили другую противоположность. Но маги, когда они говорят точно, не допускают эту другую противоположность, потому что Природа не остается в ней: вот почему их философия такова. Человек - говорят они - в его естественном состоянии недалек - он должен ступить к одной из двух крайностей - любо к разложению, как обычно все люди и делают, поскольку они умирают и разлагаются в своих могилах; или иначе к духовному, просветленному состоянию, как Енох и Илия. И в этом - они говорят - истинная противоположность, поскольку возврат невозможен. Теперь, маги, рассуждая сами с собой о том, почему недалекое создание должно подвергнуться разложению, заключают причину и происхождение этой болезни в самом хаосе, поскольку он был испорчен и проклят. Но исследуя вещи далее, они нашли, что Природа в ее творении породила хаос своим кротким жаром. Она не отделяла части и не очищала каждую из них отдельно; но чистота и примеси спермы остались вместе во всяком ее производном, и этот внутренний враг, в итоге преобладающий губит состав. Следовательно, они мудро заключили, что использование растений, животных или полезных ископаемых для снадобья было бы безумием, поскольку они содержали собственные примеси и болезни, и требовали очищения некоторыми препаратами. На этом adviso они решили – Бог, несомненно, ведет их - к непосредственной работе с хаосом. Они открыли его, очистили его, объединили то, что прежде отделили и накормили его двойным огнем, грубым и тонким, и преобразовали в бессмертную противоположность, сделали его духовным, небесным телом. Это было их снадобьем, это было их волшебством. В этой работе они видели образ лица, что Зороастр называет предшествующим обликом Триады. Они отлично знали Secundea, что содержит все вещи в себе натурально, как Бог содержит все вещи в Себе духовно. Они видели, что жизнь всех вещей ниже была грубым огнем или огнем, заключенным в тюрьму и невоспламеняющуюся воздушную влажность. Они нашли, кроме того, что эта влажность был первоначально получена из небес, и в этом смысле небеса описываются в Оракулах: "Огонь, происхождение огня и пища огня."

Одним словом, они видели своими глазами, что Природа была мужчиной и женщиной, и как Каббалисты описывают ее: "определенный огонь самого темно-красного цвета, действующий на самую белую, тяжелую, сладострастную воду, пламенную внутри, но внешне очень холодную". Они утверждали, что Сам Бог был Огнем, согласно Eximidius, сообщающему в "Turba": "Начало всех вещей является особой природой, и вечное и бесконечное лелеет и нагревает все вещи". Истинно, жизнь не является ничем иным кроме света - берет свое начало от Бога и применяется к хаосу, который Зороастр изящно назвал "фонтаном фонтанов и всех фонтанов, матрицей, содержащей все вещи." Наблюдение свидетельствует, что люди живут не только благодаря своему теплу, но поддерживаются универсальной высокой температурой направленной наружу, которая является жизнью большого мира. Тогда верно и то, сам большой мир живет не только теплом, который Бог вложил в него, но сохраняется разлитым вокруг теплом Божества. Поскольку выше небес Бог проявляется как бесконечный горящий мир света и огня, Он пропитал и окружил все сотворенное им своим теплом и светом. Это подобно человеку, купающемуся в солнечных лучах. Я утверждаю тогда, что Создатель Природы занят бесконечным творением, состоящим не только, чтобы произвести, но и в том, сохранить свои плоды; поскольку Его дух и жар сгущают тонкое, разрежают слишком грубое, ускоряют мертвые части и лелеют холод. Существует одна операция высокой температуры, метод которой жизненно важен и намного более таинственен, чем остальные; использующие должны изучить его.

Я со своей стороны сказал все, что я намеревался и, хотя моя книга может оказаться бесполезной для многих, потому что не понятна, все же некоторые имеют тот дух, позволяющий постичь ее. "Всеохватывающее пламя всеохватывающего ума," - сказал великий халдей. Но чтобы не оставить вас без некоторого удовлетворения, я советую вам взять Луну небесного свода, являющуюся срединной природой, и поместить ее так, чтобы каждая ее часть могла пребывать в двух элементах в одно и то же время. Эти элементы также должны одинаково войти в тело, не дальше, не ближе одно, чем другое. В их регулировании состоит двойная геометрия, которая будет наблюдаться - естественная и искусственная. Но я не могу говорить больше.

Истинная печь - простая ракушка; Вы можете легко нести ее в одной из ваших рук. Один сосуд и не более; но некоторые философы использовали два, и вы можете поступить также. Что касается самой работы, она не хлопотная; дама может прочитать Аркадию и в то же самое время постичь эту философию, не нарушая ее воображение. Я думаю, что женщины более здравы в ней, чем мужчины, поскольку в таких вещах они более опрятны и терпеливы. Относительно эффектов этой медицины я ничего не буду говорить сейчас. Тот, кто желает познать их, пусть прочтет "Revelation" Парацельса, беседу, в целом несравнимую и удивительно правдивую. И здесь беспристрастно я выскажу свое суждение относительно честного Хоэнхайма. Я нахожу в остальной части его работ и особенно касающихся Камня очень много ложных процессов, но его доктрина в целом здравая. Правда во многих местах он допустил ошибку в цели, не заботясь о том, какие кости он бросил перед схоластиками, поскольку он был моряком Гуадалканала и иногда рыбачил в rio de la recriation.

Но я почти забыл сказать вам, о том, что представляет самую большую трудность в искусстве - а именно, об огне. Близкий, воздушный, циркулярный яркий огонь: философы называют его их солнцем, однако сосуд должен стоять в тени. Он не вызывает испарение. Он действует только тихим, проникающим, витальным жаром. Он непрерывен и потому, наконец, изменяет хаос и разрушает его. Пропорция и режим очень важны, но лучшее правило, кусаемое его является правилом Синода: 'Не позволяйте птице летать возле цветка." Заставьте его сидеть, в то время как вы применяете огонь, и тогда будьте уверены в своей добыче. Для завершения я должен сказать Вам, что философы называют этот огонь их ванной, но это - ванна Природы, не искусственная; поскольку это не вид воды, но особой нежной, умеренной влажности, наполняющей сосуд и кормящей их солнце или огонь. Одним словом, без этой ванны ничто в мире не создается. Теперь, когда вы можете лучше понимать, какая степень огня необходима для работы, рассмотрите сотворение человека или любого другого существа вообще. Это не кухонный огонь, не жар, который подобен сперме в матке, но самая умеренная, влажная, естественно высокая температура, которая проистекает из самой жизни матери. Это именно так. Наше Вещество - самая тонкая и нежная сущность, как сперма животных, поскольку оно - почти живое существо. Действительно, оно обладает некоторой небольшой частью жизни, Природа производит некоторых животных из него. По этой самой причине минимальное количество насилия разрушает его и губит все поколение; поскольку, если оно перегрето, то в течение нескольких минут белая и красная сера никогда не будут объединены и сгущены. Напротив, если оно переохлаждено в течение получаса, то уже никогда не приведет ни к какому хорошему результату. Я говорю из своего собственного опыта, поскольку дважды или трижды совершал ошибки из-за небрежности, ожидая, что то, о чем я знал достаточно хорошо, никогда не произойдет.

Природа движется не только познанием людей, но и их действия, и конечно остроумие и разум не могут творить чудеса, если руки не помогают им. Потому обязательно познайте этот огонь и обязательно используйте его. Но для вашей лучшей безопасности я опишу его вам еще раз. Это - сухой, парообразный, влажный огонь; он огибает сосуд равномерно и непрерывно. Он беспокоен, и некоторые назвали его белым философским углем. Он сам по себе естественен, но подготовка его искусственна. Это - жар мертвых, потому некоторые называли его неестественным, некротическим огнем. Он не является частью материи, и при этом не извлечен из нее; но этот внешний огонь и служит только затем, чтобы вызвать и усилить внутренний угнетаемый огонь хаоса. Но давайте услышим Природу, так она говорит в серьезном романе Mehung:

"После того, как гниение следует за генерацией из-за внутренней, невоспламеняющейся Серы, которая нагревает, или уплотняет холодность и грубость Ртути, которая, наконец, объединяется с Серой и становясь одним телом. Все это - а именно, огонь, воздух и вода - содержится в одном сосуде. В их земном сосуде - то есть, в их грубом теле или составе - я беру их и затем оставляю в одном перегонном кубе, где я изготавливаю, растворяю и возвышаю их без помощи молотка, щипцов или пламени; без углей, дыма, огня или ванны; или перегонных кубов софистов. Поскольку у меня есть свой небесный огонь, который волнует или вызывает элементный, смотря по тому, какое вещество необходимо преобразовать."

Природа одинакова повсюду вот почему она преподносит тот же самый урок Madathan,

что задумывает в своем невежестве изготовить Камень без растворения и получает от нее эту записку. 'Вы думаете," говорит она, "собрать устрицы, раковины и все? Не следует ли вначале их открыть и подготовить самым древним способом приготовления на планете?" С этим соглашается превосходный Фламель, который в разговоре о солнечном и лунном Меркурии и их взращивании говорит такие слова: "Возьмите их и лелейте их в огне в вашем перегонном кубе. Но это не должен быть огонь, происходящий из углей, или какой-либо древесины, но яркий сияющий как само Солнце огонь, жар, который никогда не должен быть чрезмерным, но всегда одной и той же степени." Этого достаточно и даже слишком много, для тайны самой по себе небольшой, но плоды ее таковы, что заставляют философов скрывать ее. Таким образом, Читатель, в ваших руках наиболее полное и искреннее описание агента направленного наружу. В этой правде скрыта очень простая тайна и - если я скажу ее открыто - это будет нелепо. Как бы то ни было, с ее помощью или без, маги отпирают хаос; и конечно это не новость, что железным ключом отпирается золотая сокровищница.

В этом универсальном веществе они нашли природу всех частностей, и это демонстрируется нам максимой: "Позвольте тому, кто не знаком с Протеем, обращаться за помощью к Пану". Пан - их хаос или Меркурий, который порождает Протея. Поскольку Пан преобразовывает себя в Протея, то есть, во все разновидности животных, растений и полезные ископаемых. Поскольку все они сотворены из Универсальной природы или Первоматерии Пан заключает их свойства в себе. Следовательно, случается так, что Меркурий называют Толкователем нижних и высших, в свете такого понимания древний Орфей призывал его: "Услышь меня, O Меркурий, посланец Юпитера и сын Майи. Толкователь всех вещей." Теперь, я нахожу, что немногие философы упоминали о рождении и месте Маркурия. Зороастр смутно указывает на него, когда он говорит о своих Lynges или Идеях такими словам:" Они стремительно поднимаются вверх к тем ярким мирам в которых находятся три высоты, и ниже их там находится главное пастбище. Этот pratum или луг Идей, место, известное философам - Фламель называет его их садом и горой семи металлов; см. его Резюме, где он описывает его с наибольшим знанием дела, поскольку был проинструктировал иудеем - особая секретная, но универсальная область. Каждый называет ее областью Света, но для Каббалиста это - Ночь Тела, термин, чрезвычайно подходящий и значительный. В нескольких словах, это встреча всех духов, поскольку они находятся в области идеи, когда спускаются от яркого мира к темному. Для вашей лучшей информированности Вы должны знать, что духи, когда они движутся в небеса, являющиеся огненным миром, не имеют никаких примесей и об этом говорил Stellatus:" Все что выше луны, вечно и прекрасно, и небесные вещи не подвержены тлению." Напротив, когда духи спускаются к элементной матрице и находятся в ее царстве, они загрязняются изначальной проказой вещества; но на небесах это не главное. Чтобы положить конец рассмотрению этого вопроса, давайте услышим, что заявляет замечательный Агриппа. Между его губами действительно дышала правда и не знала никакого другого оракула:

"Небесные силы или духовные сущности, пока они находятся в себе, или прежде, чем они будут объединены с Материей и брошены вниз от Господа Бога святым разумением и небесами, пока они не прибудут на луну - их влияние превосходно. Но когда они заключены в поврежденном предмете, влияние также портится".

Теперь, астрономы претендуют на странное знакомство со звездами; естественные философы говорят так же; и действительно неосведомленный человек мог бы думать, что они были на небесах и разговаривали - как Menippus Lucian - с самим Иовом. Но всерьез эти люди не большие орлы, чем Санчо; их мечты походят на его полеты в одеяле, но небо всегда было мало. Спросите их, откуда и каким образом берутся влияния; предложите им объективным опытом доказать, что они присутствуют в элементах, и Вы уничтожите их. Все их доказательства - четырем угла сравнений или три ноги силлогизмов. Искусство магов, напротив, может продемонстрировать эти вещи и вложить эти влияния в ваши руки. Позвольте им быть объектом вашего исследования, чтобы познать область их Света и вступить в их сокровища, тогда вы сможете разговаривать с духом и понять природу невидимых вещей. Тогда перед вами появится универсальное вещество и две минеральные спермы - белая и красная, о которых я должен рассказать прежде, чем завершить свое повествование.

В PY'THAGORICAL SYNOD , который состоял из семидесяти философов, заключил:

"Плотность или сперма огня попадают в воздух. Плотность или семенная часть воздуха, и в нем сперма огня, попадают в воду. Плотность или семенная сущность воды и в нем две спермы огня и воздуха, попадают в землю и там они покоятся и соединяются. Поэтому сама земля более плотная, чем другие элементы, как это открыто появляется и видно глазу."

Вспомните теперь, что я сказал вам прежде относительно земли, какой всеобщей богадельней она является, как она получает всякое, не только животных и растений, но и гордого и великолепного человека. Когда смерть разрушает его, его грубые части остаются в ней и не знают никакого иного дома. Земля к земле - просто доктрина Мага. Металлы - они утверждают, что - и все вещи могут быть преобразованы в то, из чего они были сделаны. Они говорят самую истину: это - собственный принцип Бога, и Он сначала преподал его Адаму. "Вы прах и к праху вы должны возвратиться." Но чтобы никакой человек не был обманут нами, я думаю, мне следует сообщить вам, что есть два пути преобразования. Одно жестокое и разрушительное, уменьшающее тела до их крайностей; и это - смерть или прокаливание обычного химика. Другой жизненно важный и порождающий, обращает тела в их сперму или срединной вещество, из которого Природа сотворила их; поскольку Природа не творит тела немедленно из элементов, но спермы, которые она вытягивает из элементов. Я поясню примером. Яйцо - сперма или срединное вещество, из которого порождается птенец, и влажность его вязкая и слизистая, вода и не вода, поскольку именно такой сперма и должна быть. Предположим, Доктор Уголь - я подразумеваю, что у некоторой жаровни - был ум, чтобы произвести что-то из этого яйца: бесспорно, он сначала дистиллировал бы его, используя огонь, который в состоянии жарить курицу, которая произвела его. Затем он сжег бы caput mortuum и наконец произвел свое ничто.

Таким образом вы можете заметить, что тела не ничто иное кроме сгущенной спермы и разрушающий тело в последствии, разрушает сперму. Теперь, преобразование тел в элементы земли и воды - поскольку мы привели в качестве примера яйцо - означает преобразовать их до крайности вне их спермы, поскольку элементы не сперма, но сперма - состав, сделанный из элементов и содержащий сам по себе все, что является необходимым структуре тела. Будьте хорошо подготовленными прежде, чем дистиллировать и разделять конкретные тела, потому что один раз разделив их элементы, вы никогда их не соедините, не изготовив сперму тех элементов. Но человек не может это сделать; это - власть Бога и Природы. Потрудитесь тогда, вы, считающиеся мудрыми, узнать наш Меркурий: так вы будете преобразовывать вещи до их срединного семенного хаоса. Но избегайте жаркого разрушения. Эта доктрина избавит вас от тщетной задачи дистилляции, но если вы будете помнить эту истину - что сперма создана не разделением, но составлением элементов; и преобразовать тело в сперму не означает дистиллировать его, но преобразовать целое в одну густую воду, содержа все его части в их первичном естественном союзе.

Здесь я могу возвратиться наконец к моей цитате Синода. Все те влияния элементов, объединяемых в одной массе, создают нашу сперму или нашу землю, являющуюся землей и вовсе землей. Возьмите ее, если Вы действительно знаете и отделите ее сущности, не насилием, а естественным гниением, те, которые могут подлинно растворить состав. Здесь вы найдете удивительную Белую воду, влияние луны, которая является матерью нашего хаоса. Она управляет двумя элементами - землей и водой. После появляется сперма или приток солнца, которое является ее отцом. Это - быстрый небесный огонь, включенный в нежную, маслянистую, воздушную влажность. Она невоспламеняющаяся, поскольку сама огонь и питается огнем; и чем дольше она остается в огне, тем более великолепен его рост. Это две минеральные спермы - мужская и женская. Если вы поместите обе в их прозрачную основу, то обретете летающего Змея-Дракона философа, который при первом взгляде солнца выдыхает такой яд, что ничто не может его вынести. Я не знаю, что еще сообщить вам - в моде некоторых авторов - мне следовало бы снабдить вас утомительным описание целого процесса, но я могу уложить его в двух словах. Это не ничто иное как непрерывное изготовление, летучая основа поднимается и опускается, пока наконец не примет форму того превосходного prosopopoeia Камня:

"Я не мертв, хотя мой дух ушел, Поскольку он возвращается, снова и снова: Теперь у меня есть полная жизнь, теперь у меня нет никакой.

Я страдал более, чем кто либо мог это претерпевать; у меня Три души, и три принадлежат мне, но две сбежали: третья также почти покинула меня."

"Я написал то, что написал." И теперь дайте мне уйти, чтобы осмотреться вокруг. Нет ли никакой порошковый заговор или замысла?

Чем стали Аристотель иГален? Где писец и фарисей, спорщики этого мира? Если они вынесут все это и будут верить в него также, то я буду думать, что общее преобразование свершилось и пропою:

"Возвращается знака Девы, приходит господство Сатурна."

Но прибудет то, что прибудет, я еще раз говорил об истине и в заключение скажу об этом вновь. В другом месте я называл это вещество "небесной слизью" и срединной природой. Философы называют его почтенной природой; но среди всех претендентов я еще не нашел того, который мог бы сказать мне почему. Услышьте меня тогда, когда бы вы не совершили попытку этой работы, она может быть предпринята с почтением – не подобной гордыне некого невежественного богослова, но с меньшей уверенностью и большей заботой. Этот хаос заключает в себе четыре элемента, которые представляют собой противоположную природу; но мудрость Бога так разместила их, что их собственный порядок уравновешивает их. Например, воздух и земля - противники; поскольку первый горячий и влажный, второй холод и сухой. Теперь, чтобы их уравновесить Бог поместил воду между ними, являющуюся срединной природой или посредником между двумя крайностями. Поскольку ей холодно и сыро; и поскольку ей холодно, она разделяет природу земли, которая является холодной и сухой; но поскольку она сырая, она разделяет природу воздуха, который является горячим и влажным. Следовательно, случается так, что воздух и земля, которые являются обратными друг другу, примиряются и соединяются друг с другом водой, как срединной природой, что пропорциональна им обоим и умеряет их крайности. Но проверьте, что это условие не приводит нарушению, поскольку, хотя вода урегулировала два элемента как дружественная третья, все же она сама борется с четвертым - а именно, с огнем. Поскольку огонь горяч и сух, а вода холодная и влажная, они являются противоположностями. Чтобы предотвратить унынье этих двух, Бог поместил воздух между ними, являющийся веществом горячим и влажным; и поскольку он жарок, то находится в согласии с огнем, который горяч и сух; но поскольку он влажен, то находится в согласии с водой, холодной и влажной; так, чтобы посредничеством воздуха другие две крайности, а именно, огонь и вода, подружились и уравновесились. Таким образом, вы видите - как я сказал сначала - что противоположные элементы объединены тем порядком и структурой, в которую, Мудрый Бог поместил их.

Теперь вы должны позволить мне удалиться, чтобы сказать Вам, что это согласие или дружба слишком непрочные - очень слабая любовь, холодная и своенравная. Поскольку, в то время, как эти принципы соглашаются в одном качестве, они отличаются в двух и вы легко можете это наблюдать. Потому велика их потребность в более сильном и могущественном посреднике, подкрепляющем и сохраняющем их слабое единство; поскольку на него зависит самая вечность и невредимость существа. Этот благословенный цемент и бальзам - Дух Живущего Бога, которого некоторые неосведомленные бумагомаратели назвали квинтэссенцией. Поскольку этот самый Дух пребывает в хаосе, и, говоря открыто, огонь - Его трон, в огне Он усажен, в огне Он восседает. В этом состоит причина, почему Маги назвали Первоматерию их Почтенной Природой и их Благословенным Камнем. И всерьез, что думает вы? Это не так? Этот Благословенный Дух укрепляет и совершенствует тот слабый порядок, что элементы уже имеют в союзе и мире - для работы Бога с Природой, не против нее - и приносит им, наконец, особые, прекрасные ткани.

Теперь, если Вы спросите меня, где душа или - как в школе - люди жестоко обращаются с ней - форма все это время? Что она делает? На это я отвечаю, что она, поскольку все инструменты должны подвергаться и быть послушными Бога, ожидает совершенства своего тела. Поскольку Бог соединяет ее тело с ней. Душа и тело - работа Бога - первое так же, как и второе. Душа не создатель своего дома и не может сотворить тело, восстановить его и препятствовать смерти; это - во власти и мудрость Бога. Одним словом, сказать, что душа формирует тело, поскольку она находится в теле, означало бы, что драгоценный камень творит оболочку, потому что драгоценный камень находится в оболочке; или, что солнце сотворило мир, потому что солнце находится в мире и наипрекраснейшая часть его. Учитесь поэтому различать вещества и их инструменты, поскольку, если примените их к существу принадлежащему Создателю, то подвергните сами себя опасности адского пламени. Поскольку Бог - бог-ревнитель и не будет отдавать Свою славу другому. Я советую своим богословам потому, и божественной и физической формы, не быть слишком опрометчивыми в осуждении и заключениях в процессе дискуссий; поскольку я знал некоторых врачевателей - кто исправлял и недооценивал своих братьев, когда в действительности они сами были наиболее позорно невежественными. Не опыт десяти или двенадцати лет медицинской практики способен познакомить человека с тайнами Божественного творения." Возьми это и сотвори мир" - "Возьми не знаю что и сделай таблетки и клизмы" - различные рецепты. Мы должны, поэтому, обдумывать свои суждения прежде, чем мы будем рисковать их озвучить и никогда не говорить до тех пор, пока не уверены в понимании.

Я знал господина, который, встречаясь с адептом философии, получил любезное одобрение в беседе и счел, что его первые рассуждения были приняты благосклонно. Но когда этот маг оставил известную дорогу моего друга и начал касаться и двигаться вокруг большого колеса Природы, мой господин поднял дубинки, призвал все силы, относительно которых сделал абсурдные заключения и угнетал этого благородного философа самой безвкусной грубостью. Приятный было видеть, и это было достойно нашего подражания, с каким восхитительным терпением второй принимал все это. Но этот заблудший пришел к заключению, наконец, что свинец или ртуть являются веществом и Природа воздействовала на одного или обоих. Адепт ответил на это: "Сэр, возможно, сейчас Вы правы, но если после этого я найду Природу в тех старых элементах, где я иногда наблюдал ее действие, то я буду на нашей следующей встрече опровергать Ваше мнение." Это было всем, что он сказал, и это было нечто большим, чем он сделал. Их следующая встреча была отложена до греческих календ, поскольку он никогда появлялся впоследствии, несмотря на тысячу ходатайств.

Такие болтливые люди как этот господин были теми, кто бежит к каждому теологу за его мнением и следует как спаниель за каждой увиденной птицей, они недостойны получения этих тайн. Достойные должны быть серьезными, кроткими людьми, верными Искусству и своим учителям. Мы должны всегда помнить изречение Зенона: "Природа", - сказал он, "дала нам один язык, но два уха, то, что мы могли слышать многое и говорить мало." Не позволяйте потому всякому человеку извергать свои позор и невежество. Позвольте ему сначала исследовать свое знание и особенно собственную практику, чтобы, руководствуясь ничтожным опытом, он не полагал, что может серьезно судить о Природе.

В завершение: если вы действительно познаете Первоматерию, знайте также наверняка, что вы обнаружили Святилище Природы. Нет ничего между вами и ее сокровищами кроме двери. Она должна быть открыта. Теперь, если ваше желание ведет вас к практике, подумайте наедине с собой, кем вы являетесь и что желаете сделать; поскольку это серьезный вопрос. Вы решили служить Духу Живущего Бога и помогать Ему в Его творении. Позаботитесь, чтобы Вы не препятствовали Его работе; поскольку, если ваш жар превышает естественную пропорцию, Вы размешали гнев влажной природы, и вы встанете против центрального огня и центральный огонь против вас; и в хаосе произойдет ужасное разделение. Сладкий Дух Мира, истинная вечная квинтэссенции, отделится от элементов, ввергая и их и вас в замешательство. И при этом он не приложит Себя к тому Веществу, пока оно находится в ваших сильных, разрушающих руках. Потому учтите это, чтобы не стать союзником дьявола, поскольку замысел дьявола с начала мира установить Природу в противоречии с собой, разрушить и уничтожать ее. "Не следуйте его замыслу." Я нисколько не сомневаюсь, что многие люди будут смеяться над этим; но я говорю только, что знакомо моему опыту: поэтому верьте мне. Когда-то я желал похоронить эти вещи в тишине. Но я говорил ясно и открыто из привязанности к тем, кто заслужил намного больше из моих рук. Верно и то, что я некогда намеревался подарить большой труд этому миру, который я обещал в своем "Anthroposophia"; но с тех пор я познакомился с миром, и я нашел, что он основывается на недостойном; потому я останусь в своих первых счастливых одиночествах, поскольку шум - ничто для меня. Я не ищу аплодисментов каждого человека. Если на то будет воля Бога позвать меня, чтобы я сделал это в честь Его Имени, я вернусь к письму снова; поскольку я боюсь не осуждения человека. Но тем временем, пришел конец.

КОНЕЦ

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

Случайные статьи

по теме

алхимия

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"