Перевод

Глава 19. Золотая Осень Оккультизма

Элифас Леви и возрождение французского оккультизма

Кристофер Миктош

Элиафас Леви и возрождение французского оккультизма

Глава 19 Золотая Осень Оккультизма

На рубеже века, более экстравагантные формы магической
деятельности, стали уступать дорогу доктринерскому оккультизму,
который был скорее точкой зрения нежели доктриной. Стало
модным принимать ‘оккультный’ взгляд на историю на подобие
предлагаемого Мадам Блаватской в Тайной Доктрине и Эдуардом
Шуресом (Edouard Schurés) в Les Grands Initiés [Великие
Посвященные]. Последняя работа имела необычайный успех, как во
Франции, так и за границей. Впервые опубликованная в 1889м году,
она претерпела восемьдесят пять переизданий за следующие
тридцать семь лет. Шурес заявлял, что основатели великих религий,
включая Христа, были посвященными одного и того же базового
учения. Его ссылки указывают на то, что на него сильно повлиял
Фабр д’Оливе (Fabre d’Olivet).
Однако все еще активными были и те, кто был не согласен с
доктринерским оккультизмом. Группа Папюса, с ее множеством
ответвлений, стала фокальной точкой эзотерической деятельности, и
его два журнала, La Voile d’Isis и L’Initiation были главными
органами движения. Были и другие оккультные журналы в список
которых входили: Le Progrès spirite, L’Echo du marveilleux, La Vie
mystérieuse и La Revue spirite. Количества практикующих в Париже
оккультистов, было достаточно для того чтобы поддерживать
бизнес, хотя бы одного поставщика товаров для их нужд, в
L’Initiation регулярно появлялась реклама о том, что Léonis по адресу
391 Rue des Pyrénées, Paris 20 c , был готов предоставить
‘гипнотические сферы, гипнотические зеркала. . . планшетки …
волшебные палочки, предметы для магических алтарей’ и другую
всячину. Последователи Папюса действовали как в провинции, так и
в Париже. Письмо от президента аффилированной группы в Гавре
(Le Havre) которое появилось в L’Initiation в начале 1895го
сообщало: ‘Так как мы вовлекаемся во все ответвления оккультизма
группа обязательно состоит из людей магнетизмом,
спиритуализмом, гипнотизмом и т.д., и, следовательно, неоднородна
по составу. Одни пламенные Кардецисты, другие интересуются
только спиритизмом.' Дальше автор пишет, что группа однажды
пробовала магию без особого результата и оставила ее, но он
продолжал практиковать ее самостоятельно, так как считал ее
‘единственной истинной наукой’. Другой очень активной
провинциальной группой было Общество философских и
психологических исследований в Туре (Société d’études
philosophiques et psychiques at Tours), регулярно печатавшее доклады
в L’Initiation.
Так же процветал и Орден Мартинистов Папюса, и в 1910 к
существующим четырем степеням добавились еще три. Заместитель
Папюса в группе, а позднее и его приемник был Чарльз Детр (Charles
Detré), который называл себя Тедер (Teder). В 1913м Hermanubis
Lodge (Ложа Германубис) принадлежавшая ордену, выпустила
следующее провозглашение мартинистам: ‘По воскресеньям между
вторым и третьим часом, и по средам между десятью и
одиннадцатью вечера, братья Мартинисты, выражая почтение
высшему плану в пылких молитвах, приглашаются
сконцентрировать мысли, озаренные превосходной силой Любви, на
воззвании к нашему владыке Христу о исцелении и избавлении для
больных. ’
Похоже Мартинисты были высоко эффективной группой, так
как к этому времени их отделения появились и за границей. Статьи
в L’Initiation сообщали о росте Мартинизма как в Италии, так и в
России. Например, в выпуске за июль 1910го, появилось сообщение
о том, что отделение ордена появилось в Санкт- Петербурге. Другая
статья, в январе 1911го, сообщала читателям что в России
‘Мартинистские и оккультные движения принимают огромные
масштабы . . . Через учения, изложенные в работах Папюса, Элифаса
Леви, Станисласа де Гуайты и Сент-Ив д’Альвейдра, идеи этих
Мастеров заявляют о себе в чрезвычайной степени. ’ В росте
оккультных движений в России на кануне революции 1917го, мы
видим конкретную параллель расцвету таких движений перед
Французской Революцией и в периодах, ведущих к различным
кризисам девятнадцатого века.
Интересным ответвлением ордена мартинистов была
Гностическая Католическая Церковь (Gnostic Catholic Church),
основанная Жюлем Дойнелем (Jules Doinel), служащим библиотеки
Орлеана. Позднее она была возглавлена Фабром де Эссартсом (Fabre
des Essarts), который называл себя Патриарх Синезий (Patriarch
Synesius) и также был поэтом движения Символистов. Доктрины его
церкви основывались на традиционной Гностической идее о том, что
мир был сотворен злым богом для того чтобы поймать дух в ловушку
материи и лишить его возможности вернуться к истинному
источнику творения. Для членов Французской Гностической Церкви
путь к спасению лежал через две крайности либертинизм или
аскетизм.
В дополнение к Мартинизму продолжали свою активность и
несколько других организаций. У Теософского Общества была
небольшая группа преданных сторонников, и в 1908м стартовало
ответвление под названием Рыцари Круглого Стола. Другой из
возникших групп была Друзья Сент-Ив д’Альвейдра которая была
сформирована с целью сопоставления и публикации некоторых
рукописей Сент-Ива, а также для распространения его идей.
Общество опубликовало целые серии работ о Сент-Иве. Кроме того,
штаб-квартира общества имела библиотеку и лекционный зал.
Меж тем Наундорфисты все продолжали теплить надежду на
возвращение французской монархии в форме семьи Наундорфа. Они
издавали журнал под названием La Revue Naundorffiste historique,
который содержал статьи о генеалогии королевской семьи и их
предполагаемых настоящих потомках, а также на тему исчезновения
Дофина. В 1906м в журнале вышел доклад о памятной мессе в честь
Марии Антуанетты, на которой присутствовали Наундорфисты и
некоторые представители аристократии. После того как преданная
группа вышла из церкви были слышны крики ‘Vive le roi’ [да
здравствует король]. Но это был одинокий крик, так как мир
двадцатого столетия не волновала судьба Дофина, и публикации
прекратились в ноябре того же года.
Последователи Пророка Винтры чувствовали себя лучше;
Винтровские обряды практиковались в Париже до по меньшей мере
1930х, и возможно практикуются и сегодня, хотя у меня нет на этот
счет информации. Пьер Жеро (Pierre Geyraud), в его Les Religions
nouvelles de Paris, дает интересное описание Винтровской
церемонии, на которой он присутствовал предположительно
незадолго до публикации книги в 1939м. Жеро видит связь в том, что
в результате его расследований в оккультных сектах для своей
книги, оно обнаружил что за ним охотится группа сатанистов,
которые творили заклинания против него. Его друзья оккультисты
давали ему разные советы. Один из них предложил поход к
знакомому жрецу Винтрианцу и совершить Жертву во Славу
Мельхиседека для защиты Жеро. Вот генеалогия Винтровской
группы: после смерти Пророка, большинство последователей,
которые не признали Булляна новым главой, сгруппировались под
лидерством Эдуарда Сулейона (Edouard Souleillon). Они
праздновали Жертву Славы в святилище Шампиньи-сюр-Сен и
также в двух Винтровских часовнях в Париже, одна что на Рю Сент
Энн (Rue Sainte-Anne), другая возле церкви Монруж.
Преследования, спровоцированные Римом, ослабили группу, но они
продолжили практиковать подпольно и как раз жрец из этого
членства пришел на помощь Жеро.
Ритуал описанный Жеро происходил в квартире на четвертом
этаже в квартале Жавель. Прижатый к стене комод покрытый
красной тканью выступил в роли алтаря. На нем стоял бокал для
шампанского, небольшая тарелка с облатками и зажженная свеча в
подсвечнике. На стене над алтарем была приколота ткань с
вышитыми на ней четырьмя буквами Тетраграмматона, слева висела
рамка с портретом Винтры. Празднующий был бос и одет в длинные
ризы, поверх которых большой крест из белой ткани пересечение
которого свисало ниже живота символизируя ‘распятие фаллоса’.
Ему ассистировала жена, тоже босиком, одетая в белую тунику и
зеленую накидку. Других поклоняющихся было только двое.
Жрец начал с чтения, молитв которым вторила жена. Призвав
Архангела Михаила, он налил немного белого вина в бокал для
шампанского в то время как, жена наполняла второй стакан красным
вином – очевидно белое вино было привилегия мужской половины
жречества. Празднующий затем обернулся и указал левой рукой на
лоб Жеро, а вторую поднял, интонируя длинную формулу
экзорцизма. Затем все еще бормоча формулы, которые Жеро был не
способен понять, он взял облатку и разломав ее надвое, опалил оба
фрагмента в пламени свечи и сказал: ‘вот причастие хлеба и огня. ’
Затем он сьел один из кусочков и предложил второй Жеро который,
к ужасу жреца вежливо отказался. Кинув на Жеро осуждающий
взгляд, жрец выпил вина, затем жена выпила из своего. Были еще
молитвы и затем процедуры закончились призывом Святого Духа.
После церемонии Жеро спрашивал жреца о его доктринах. Ему
ответили, что новые Винтрийцы остались верны старому, но делают
большой акцент на неизбежность царства Параклета.
Вне мейнстрима французского оккультизма - если термин
‘мейнстрим’ применим для оккультизма – особняком стояла
мистическая форма бретонского национализма, параллель
кельтского романтизма, распространявшегося в Британии и
Ирландии такими фигурами как Уильям Батлер Йейтс (W.B. Yeats),
Джордж Рассел (George Russell) и Уильям Шарп (William Sharp). В
1899м бретонец по имени Жан Ле Фустец (Jean Le Fustec) начал то
что он называл французским ответвлением Уэльского Горседда
(Welsh Gorsedd). Это развилось в общество под названием Барды
(The Bards), которое Жеро обсуждает в его Les Sociétés secretes de
Paris [Тайные общества Парижа]. Члены были поделены на три
градации: Барды, которые были стражами слов и песен и которые
одевались в голубое; Оваты (Ovates) хранители традиций и
символов, носили зеленое; и Друиды, посвященные в божественные
науки и мудрость, носили белое.
В той же книге Жеро предлагает довольно дразнящее
упоминание о сверх секретной розенкрейцерской группе. Он
цитирует следующий отрывок из Histoire des Rose Croix Пола Седира
(Paul Sèdir) (опубликованной в 1910м):
‘Чтобы ничего не упустить мы должны тут упомянуть о
появлении очень возвышенного розенкрейцерского центра, F.T.L.
чей режим вербовки и сам центр никогда не описывались. Мы знаем,
что общество стало распространяться примерно в 1898м и мы
полагаем что неофиты соприкасаются с членами ордена путем
сравнимым с описанным в розенкрейцерском постере, расклеенном
по Парижу в 1623м году.
‘Инициация очень чиста и в основе христианизована. ’
Дальше Жеро пишет:
‘Долгое время я безрезультатно искал, существуют ли адепты
это F.T.L. в Париже. Многие кто посвятил свою жизнь изучению
истории эзотерики и преподают ее, были не осведомлены о
существовании этого тайного общества. Большой редкостью был
тот, кто был способен заверить меня, что оно все еще существует и
что в нашей столице, у него очень малое количество последователей.
‘При том при всем я встретил одного. Это был человек
работавший в кино. Он был очень удивлён узнать, что я осведомлен
о его принадлежности. Признаваясь в искренней цели моего
любопытства которую я в дружеской манере преподнес, он не был
способен пролить хотя бы лучик света о пресловутом F.T.L., его
целях, рекрутинге, обрядах – или даже названии!
‘Этот F.T.L. конечно окружен загадкой! Не больше не меньше
того что я смог нарыть это то что его настоящий глава M.С . . ., друг
Барле (Barlet), который был Гранд Мастером Кабалистического
Ордена Розы и Креста; что у него есть филиал в Бордо (Bordeaux)
под названием Святой Грааль; и что его основатель. . . сам Седир. ’
Большинство группировок активных в ранние годы двадцатого
века, были в каком-то смысле, возобновлениями оккультных
движений предыдущего столетия, чьих потомков я отследил в этом
исследовании до периода предшествующего Революции. Импульс от
де Гуайты, Папюса и Пеладана сейчас ослабевал. Хотя
возобновление оккультной активности все же было доходящее до
наших дней, и после Первой Мировой Войны возможно разглядеть
новый импульс. Если оккультизму свойственно расцветать перед
кризисом, то, когда приходит сам кризис, наркотик оккультизма
отпускает и человеку надлежит обратить внимание на то как выжить,
или на то как защитить свою страну. Эра, предмету изучения
которой, призвана эта книга, можно сказать закончилась с
холокостом Первой Мировой Войны. Когда дым рассеялся все
наиболее значимые фигуры оккультного движения были мертвы.
Папюс умер в 1916м, а Пеладан в 1918м. Живы только взгляды,
которые они питали. Царству Параклета все еще предстоит прийти.

 

Другие главы перевода

20
1. Глава 1. Возрождение магии

8 августа 2016 г.

2. Глава 2. Оккультное и Революция

8 августа 2016 г.

3. Глава 3. Революционные культы

30 сентября 2016 г.

4. Глава 4. Истоки Популярного Оккультизма

30 сентября 2016 г.

5. Глава 5. Магнетизеры и Медиумы.

30 сентября 2016 г.

6. Глава 6. Святой король

5 октября 2016 г.

7. Глава 7. Ранние годы

5 октября 2016 г.

8. Глава 9. На сцену выходит Элифас Леви

8 ноября 2016 г.

9. Глава 10. Маг

7 декабря 2016 г.

10. Глава 11. Ученый муж

7 декабря 2016 г.

11. Глава 12. Последние годы.

7 декабря 2016 г.

12. Глава 14. Наследники Элифаса Леви.

6 января 2017 г.

13. Глава 15. Война Роз

7 февраля 2017 г.

14. Глава 16. Магический Поиск Ж.-К. Гюисманса

7 февраля 2017 г.

15. Глава 4. Истоки Популярного Оккультизма

27 февраля 2017 г.

16. Глава 8. Первоначало

27 февраля 2017 г.

17. Глава 13. Элиафас Леви: оценка

27 февраля 2017 г.

18. Глава 17. Писатели и оккультное

7 марта 2017 г.

19. Глава 18. Сатанисты и анти-Сатанисты

5 апреля 2017 г.

20. Глава 19. Золотая Осень Оккультизма

5 апреля 2017 г.

агиография

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"